|
Закавказский узел
Автор: Виталий Славин, полковник запаса
Следует признать, что неустойчивая и крайне относительная стабильность и сбалансированность Закавказья, была резко нарушена агрессией Грузии против Южной Осетии. Весьма сложно предположить, что американские стратеги не просчитали вероятность неминуемого поражения грузинской армии в ее «блицкриге». И очень просто предположить, что США в очередной раз воспользовались услугами очередного «пушечного мяса», чтобы непосредственно внедриться в регион.
Из виртуальности — в реальность О том, что активное вовлечение внешних сил в острые и конфликтные региональные вопросы чревато катастрофическими последствиями, неоднократно заявляли, в частности, представители Ирана — государства, на протяжении тысячелетий принимающего участие (хотя далеко не всегда и положительное) в судьбе Кавказа, досконально знающего нюансы и тонкости закавказских проблем. Говоря о внешних силах, Тегеран, без сомнения, подразумевал США, которые беспрецедентно активизировали свои усилия в регионе. Чего стоит хотя бы милитаризация Грузии, и попытки внедрения в военные структуры Азербайджана и Армении. Опасения Ирана вполне аргументированы. Если натасканную американцами грузинскую армию пришлось усмирять России, то чем завершатся направленные против интересов Ирана действия США в регионе, приходится лишь догадываться. Осознавая все эти риски, иранская сторона в свое время предложила свой вариант обсуждения проблем кавказского региона — «3 + 3», с участием России, Ирана и Турции с одной стороны, Азербайджана, Армении и Грузии — с другой. Диалог в таком формате, вполне возможно, позволил бы создать сбалансированную систему, учитывающую интересы как крупных региональных центров — Москвы, Тегерана и Анкары, так и «средневесов» — Баку, Еревана и Тбилиси. Абсолютно абсурдной в этой ситуации выглядит попытка Вашингтона выдвинуть в качестве политических игроков в Закавказском регионе трех Прибалтийских марионеток и вкупе с ними, для придания политического веса, Польшу и Украину. Фокус не прошел, потому что фокусник (США) был просто неадекватен. И если Грузия, в лице ее, без сомнения, временного нынешнего лидера Саакашвили, просто вынуждена участвовать в этом виртуальном спектакле, то другие «игроки» должны будут задуматься. Последняя российская база И в этой ситуации значение последней российской военной базы в Закавказье, дислоцированной в Гюмри (Ленинакан, Армения), трудно переоценить. Немного истории. Как и Грузия, нынешняя Армения существует в своих границах, благодаря усилиям и жертвам российских войск. Многочисленные русско-турецкие и русско-персидские войны позволили сохранить государственность и территориальную целостность этой ныне небольшой страны, зажатой между Ираном и Турцией. Но все жертвы и усилия были бы напрасны, если бы в 1921 году на территорию республики не вошли войска Красной Армии, что заставило Турцию подписать 16 марта 1921 года договор «… о дружбе и братстве». Стоит напомнить тем армянским националистам, которые и поныне упрекают правительство Советской России в территориальных уступках Турции, что, в соответствии, с мирным договором между дашнакским армянским правительством и Турцией, заключенным в Александрополе (Гюмри) 2 декабря 1920 года, Армения не только теряла ряд территорий, но и, практически, становилась протекторатом Турции. Чего стоит, например, пункт 4 этого договора, в соответствии с которым, ликвидировались армянские вооруженные силы: «Правительство Армении соглашается не иметь сверх жандармерии при легком оружии и в количестве, достаточном для охранения порядка и безопасности страны, иной военной, для охраны границ, силы, кроме отряда в 1500 штыков, при 8 горных и или 20 полевых орудиях и 20 пулеметах». Именно вмешательство Советской России сберегло армянский народ от полного уничтожения турками. В течение последующих лет все территориальные претензии Турции и Ирана к Армении находились в чисто теоретической плоскости. А размещение после Великой Отечественной войны на территории республики 7 гвардейской (Сталинградской) армии и вовсе разрядили ситуацию. Три мотострелковые дивизии (127 – я, 164 – я, 15 – я), ракетная бригада, зенитно-ракетная бригада и два Укрепленных района, другие воинские части не только обеспечивали безопасность населения Армении, но и, в случае необходимости, могли активно воздействовать на сопредельные Турцию и Иран. После развала СССР и активного вывода (если не сказать выдворения) российских войск с территории республик Закавказья, здесь осталась всего одна российская военная база. Сто вторая (так она сейчас называется) военная база сформирована на базе 127 – й мотострелковой дивизии 7 – й гвардейской армии в 1994 -1995 годах (автор служил в этой дивизии до 1989 г.). В состав этой военной базы входят три мотострелковых полка, артиллерийский и зенитный ракетный, отдельный танковый батальон. Кроме того, в состав группировки, также входит 3624 – ая авиабаза (18 истребителей МиГ-29). На вооружении базы до 100 танков, около 300 бронемашин, артиллерийские системы и зенитно-ракетные комплексы, способные поражать американские авиакомплексы «АВАКС», баллистические и крылатые ракеты. Стратегическое значение этой базы, особенно сейчас трудно переоценить. Но она еще и очень уязвима, в связи с отсутствием сухопутного сообщения с Россией. На юге Армения на протяжении 370 километров граничит с Турцией, которая является членом НАТО, и до 50 километров составляет ее граница с Ираном (она охраняется четырьмя российскими погранотрядами). Таким образом, в случае необходимости, боевая и материальная подпитка базы в Гюмри может быть произведена только через территорию Ирана (воздушный коридор над Грузией легко блокируется). Уязвимость базы лежит еще и в политической плоскости. Следует отметить, что контакты между Ереваном и Брюсселем начали налаживаться не вчера. 28 января 2007 года в армянской столице с большим размахом отмечалось 15 – летие создания армянской национальной армии. В своей торжественной речи, посвященной юбилею, тогдашний министр обороны (а ныне президент) республики Серж Саргсян обратил внимание не только на сотрудничество Армении с Россией, но и на партнерские отношения с Североатлантическим альянсом. По словам Саргсяна, «большое значение имеет сотрудничество с НАТО, результатом чего стала разработка и утверждение программы сотрудничества IPAP на последующие десять лет. Сотрудничество способствовало модернизации армии и внедрению международного опыта, и ныне этот процесс продолжается». За несколько дней до празднования юбилея — 25 января 2007 года, армянское правительство одобрило предложение о подписании соглашения между Минобороны республики, Пентагоном и европейским командованием США о проведении на территории страны учений «Совместные усилия-2007». А в ноябре 2006 года в Армении даже состоялась специальная конференция по планированию учений НАТО «Совместные стремления-2007». В ней участвовали представители всех государств-членов альянса, кроме Турции. Более того, там же был озвучен тезис о том, чтобы Армения стала главным плацдармом для организации совместных с НАТО маневров в Закавказье. 3 октября 2007 года была удовлетворена заявка Еревана о проведении на армянской территории учений в рамках программы НАТО «Партнерство во имя мира». И хотя в прошлые годы прежние руководители Армении утверждали, что не ставят перед собой задачу вступления в Альянс (и это повторил новый глава государства, заявив в первый день своего недавнего визита в Москву, что во внешнеполитической повестке дня его страны нет пункта о вступлении в НАТО), руководители республики традиционно проводят диверсифицированную политику. Для Еревана, по мнению большинства экспертов, поддержка двух или трех столиц важнее, чем односторонняя помощь. Ситуация в этом плане прояснится, по-видимому, осенью. Если Армения «додрейфует» в направлении, которое ей указывают США, то последует требование к России о выводе ее военной базы из Гюмри, которая, кстати, перегружена боеприпасами, вооружением, материальными запасами, вывезенными при ликвидации военных баз в Батуми и Ахалкалаки. Последует также открытие границы с Турцией (с выводом российских пограничников), что не может быть поддержано большинством населения Армении, традиционно опасающимися турецкого геноцида. Жаркая закавказская осень Можно сделать вывод, что США просчитали жесткую реакцию Москвы и сейчас у НАТО появился формальный повод для отправки в зону конфликта своих ограниченных сил. Причем, целью их будет вовсе не возвращение Грузии Абхазии и Южной Осетии. Цель, однозначно, состоит в обеспечении принятия Тбилиси в НАТО, а затем — полномасштабном введении войск Альянса в регион для защиты стратегических коммуникаций. Также, по всей видимости, уже в октябре американцы усилят свое давление на Армению с целью добиться вывода с ее территории российской военной базы, с последующим втягиванием Армении в НАТО. Неоднозначная позиция Азербайджана по отношению к Москве, делает возможным и его включение, в той или иной степени, в цепочку, охватывающую Россию с юга. По-видимому, преследуется и другая цель — потуже затянуть «петлю» вокруг Ирана. Это предположение подтверждается и активизацией (с началом южноосетинского конфликта) американских сил в Персидском заливе. Решатся ли США на удар по Ирану, сказать трудно. Но возможности по усилению давления на эту страну будут многократно умножены, благодаря присутствию натовцев в республиках Закавказья. В этой ситуации Россия и Иран становятся потенциальными союзниками. Турция, хотя и входит в блок НАТО (ее Вооруженные Силы по численности уступают среди участников блока только США), но от присутствия американцев в регионе, в зоне своего традиционного влияния, явно будет не в восторге. Таким образом, война в Южной Осетии может стать прелюдией к перегруппировке сил в регионе. Грузия стала катализатором весьма опасного процесса, чреватого крупнейшей региональной войной, а грузинский и осетинский народы — первыми жертвами этой авантюры.
И активное политическое вмешательство Украины в этот конфликт на стороне НАТО может привести к непредсказуемым последствиям и для украинского народа. Жаркая закавказская политическая осень может аукнуться возгоранием и у нас.
Свежий номер /№20(575) 13 мая 2012 года/. Тематика:
|
