|
Подрастающее поколение превращается в дикорастущее?
Автор: Беседовал Андрей Потылико
Тотальная беззащитность Международный женский правозащитный центр «Ла Страда-Украина» в сотрудничестве с Украинским институтом социальных исследований им. Александра Яременко изучил проблему жизни детей трудовых мигрантов. В результате эксперты выявили отрицательные изменения в поведении детей, родители которых находятся на заработках за границей: пропуски занятий без уважительных причин, снижение успеваемости в учебе, агрессивное и беспокойное поведение, употребление алкоголя и наркотиков, курение. Известны случаи привлечения детей к алкоголизму, наркомании, бродяжничеству. Каждому десятому опрошенному ребенку предлагали… заниматься распространением наркотиков, проституцией и порнографией. Пока что уровень осведомленности органов местной власти об этой проблеме чрезвычайно низок. По словам президента центра «Ла Страда» Екатерины Левченко, причинами этого являются в первую очередь неопределенность структур, ответственных за это дело, нехватка специалистов по ведению соответствующей работы и отсутствие финансового обеспечения. Таким образом, вышеуказанная категория детей сегодня оказывается практически незащищенной. Ни в психологическом, ни в правовом аспектах. Информационный разврат Стремительное вымирание населения Украины зависит не только от социальных условий. Есть причины и в культурной плоскости. Общеизвестно, что информационный разврат формирует в памяти человека «очаги самоуничтожения» и приводит к катастрофическому уменьшению рождаемости и росту смертности. Так, расчеты по закону духовно-демографической детерминированности свидетельствуют, что, например, падение моральных основ общества на 15 процентов приводит к снижению рождаемости на 30 процентов. Следовательно, преодоление демографического кризиса в значительной мере лежит в области решения соответствующих психологических проблем. Игрушка, преобладающая теперь в детских играх, формирует у ребенка потребительский подход, невостребованность любознательности, фантазии, поиска, собственной активности. Как специфический способ информации она пропагандирует искривленные ценности, несет в себе угрозу нормальному физическому, психологическому и духовному развитию детей. Провокации информационной среды — техногенные и сексуальные образы, игрушки с мертвыми, отвратительными лицами (монстры, вампиры, привидения и пауки, мертвецы и скелеты) приводят к разрушению целостности психики ребенка, чувствительной к любой дисгармонии. В нашей стране существует огромный гендерный дисбаланс в процессе воспитания детей. Почти треть детей в Украине воспитывается одинокими матерями, не ощущая заботы и присутствия отца в своей жизни. Удельный вес «отцовских» семей — около одного процента. В ходе социологических исследований только треть внебрачных и разведенных матерей ответили, что их ребенок встречается с отцом, и только 40 процентов признали, что он активно помогает в воспитании.
Сегодня в Украине чрезвычайно остро стоит проблема насилия в семье. Согласно статистике МВД, ныне на учете участковых инспекторов милиции состоит более 85 тысяч лиц, склонных к насилию по отношению к своим близким.
Только в прошлом году после совершения преступлений такого рода на учет было поставлено свыше 63 тысяч лиц, а 89 тысяч привлечено к уголовной ответственности. Но это лишь зарегистрированные факты. Как известно, жертвы домашнего насилия крайне редко обращаются за помощью, поэтому реальная картина — гораздо хуже.
За годы независимости Украина так и не избавилась от постыдного «статуса» деградирующего государства. Теперь же, в условиях мирового кризиса, все проблемы и язвы нашего общества обострились до предела. Но если взрослый человек даже в самых трудных ситуациях может рассчитывать на собственные силы, то мир ребенка перед лицом жестоких социальных бурь становится абсолютно беззащитным.
Мамы и папы, поглощенные своими бесконечными делами, все реже занимаются воспитанием детей в подлинном смысле этого слова. Ребенок поел — и слава богу! Смотрит мультики — хорошо! Занят игрой — еще лучше! Пошел гулять — лишь бы не простудился! И это — еще не самый худший вариант родительской заботы!
В Украине стремительно возрастает число семей, где подрастающее поколение правильнее было бы назвать дикорастущим. И мы даже не замечаем, что внутренний мир наших детей буквально не по дням, а по часам приобретает ущербные, нездоровые, пугающие черты…
О психологических проблемах современного детства, тенденциях их развития и путях преодоления мы беседуем с психологом Людмилой Кобенко.
— Людмила Анатольевна, позвольте мне начать наш разговор с предновогоднего вопроса, суть которого, однако, намного шире. Как и всегда, в преддверии праздников родители думают о том, чтобы порадовать детей подарками. Менее обеспеченные семьи не могут позволить себе дорогие приобретения, а более состоятельные нередко просто дарят детям деньги. В обоих случаях взрослые тем самым открывают ребенку значение материальных благ — либо со знаком «минус», либо со знаком «плюс». Каким образом влияет на детскую психику столь явная демонстрация роли денег? Что и как следует дарить ребенку с точки зрения психолога? — Разумеется, детям разного возраста присущи разные представления о ценностях и ценностные ориентации. Для дошколят, например, деньги еще ничего не значат, но с годами дети быстро впитывают жизненные установки взрослых. Если, скажем, гости дарят деньги родителям ребенка, а те в свою очередь покупают ему подарок или просто необходимую вещь, то это вполне нормальная ситуация. Но когда деньги дают непосредственно детям, — это однозначно плохо. Тем более сейчас — когда для большинства людей добывание денег превратилось в самую актуальную проблему, а расслоение общества по степени материального благополучия создает социальную напряженность. В провинции это ощущается особенно остро. Уровень жизни многих семей является настолько низким, что у детей в таких семьях деньги ассоциируются с их вечной нехваткой, с тем, что родители не могут купить необходимое и удовлетворить свои запросы. Я работаю в детском саду и периодически провожу диагностику тревожности у детей. В частности, это делается с помощью незамысловатых картинок, на которых изображен безликий ребенок в различных ситуациях: во время игры со сверстниками, рядом с взрослыми людьми, в момент какой-то опасности и т.д. В ходе данного тестирования дошколенок должен перенести собственное внутреннее состояние на безликого персонажа картинки, подбирая ему веселое или грустное лицо. Возьмем такую картинку: мама гуляет с малышом, лежащим в коляске, а рядом идет тот самый «схематичный» ребенок. Если два года назад эта ситуация всегда вызывала у детей радостное настроение и, соответственно, безликому персонажу подбирали веселую мордочку, то теперь 80 процентов дошколят испытывают печальные чувства. С чем у них ассоциируется картинка чаще всего? Мама и ее дети идут в магазин, но ничего купить не могут, потому что нет денег… Подобные ассоциации легко объяснимы, ведь многие дети нередко оказываются в данной ситуации в реальной жизни. Они зачастую лишены сладостей, каких-то удовольствий, игрушек или других желанных вещей. В итоге у ребенка вырабатывается такое отношение к деньгам, которое связано с разочарованием от их отсутствия. Хочу еще раз повторить: два года назад этой тенденции не было, а сегодня она выражена слишком явно. У детей школьного возраста возникает другое отношение к деньгам — появляется понятие накопления. Следовательно, они начинают собирать деньги, зная о том, что затем смогут что-нибудь себе купить. Тут есть как плюсы, так и минусы. С одной стороны, дети учатся ценить деньги как средство достижения определенных целей. Но, с другой, — возведение денег в ранг главного жизненного приоритета наносит ущерб духовному развитию ребенка, его моральным и ценностным установкам. Уже в дошкольном возрасте, отвечая на вопрос «О чем ты мечтаешь?», некоторые из нынешних детей говорят, что мечтают получить автомашину… «Копируя» преклонение взрослых перед материальными благами, ребенок с годами может развить в себе убеждение, что ради получения этих благ можно «пойти по головам» окружающих людей. Таким образом, существует опасность возникновения серьезной дисгармонии личности. Вот почему я категорически не рекомендую родителям и их друзьям пробуждать у детей «вкус» денег. Продолжая тему детских подарков в денежном «эквиваленте», необходимо подчеркнуть еще один важный аспект данного вопроса. Если родители или родственники стараются заменить подарки деньгами, они должны знать, что в результате у ребенка нивелируется и девальвируется само ощущение подарка — как бы стираются связанные с его получением положительные эмоции. Давайте вспомним о наших детских новогодних ассоциациях. Это всегда было сладостное предвкушение праздника, маленького чуда, приятного сюрприза, исполнения заветных желаний. Каждый из нас знал, что Новый год — это обязательно подарок под елкой. С каким нетерпением, с каким душевным подъемом мы ждали этой драгоценной минуты! И дело было даже не в ценности подарка как такового, а прежде всего в атмосфере сказки, родительской любви. Очень многие люди проносят эти светлые чувства через всю жизнь, снова и снова возвращаясь в своих воспоминаниях в радостный мир детства. И эти воспоминания порой помогают нам в самые трудные минуты. Хотелось бы отметить несколько моментов и относительно выбора подарков для детей. Сегодня некоторые взрослые бездумно следуют моде дарить красивые мягкие игрушки, в том числе огромные, словно завораживающие ребенка своим роскошным внешним видом. Да, сейчас очень большое разнообразие таких игрушек. Но много ли в них проку? Давно замечено, что первое впечатление от большой мягкой игрушки у ребенка быстро проходит, а потом он почти не играет с ней. И стоят без дела эти накопившиеся за праздники «милые монстры», пыль собирают. По той причине, что они не обладают игровыми свойствами. А ребенок между тем выбирает какую-нибудь маленькую, часто невзрачную куклу или мягкую игрушку, с которой он играет днем и спит ночью. Не случайно чуть ли не у каждого из нас в детстве был любимый плюшевый мишка, причем, что характерно, — потертый, с оторванной лапой или без глаза. У такой игрушки есть душа, и ребенок искренне любит ее за это. Вместе с тем я посоветовала бы родителям не забывать о развивающих играх и спортивных принадлежностях. Девочкам можно и нужно дарить всяческие наборы, имитирующие домашний быт и семейную жизнь, мальчикам — военные, технические, строительные игрушки. И, конечно же, всем детям очень полезны конструкторы и другие сюжетно-ролевые игры. К сожалению, сегодня их дарят все реже. Родители порой руководствуются принципом: чем дороже игрушка — тем престижнее. Но это глубокое заблуждение, вытекающее из условностей мира взрослых. Не загоняйте своих детей в собственные стереотипы! — В этой связи можно добавить, что сегодня некоторые родители стимулируют учебу детей посредством денежного вознаграждения. Получил хорошую оценку — заработал! Успешно написал контрольную — отхватил «премию»! Прилично закончил учебный год — можно рассчитывать на более дорогую награду! Однако насколько эффективна и оправдана подобная практика? — Вряд ли она оправдана. Она прививает ребенку потребительское отношение к жизни, основной закон которой — «все покупается и все продается». Ребенок усваивает простое правило: учиться только потому, что это выгодно; если же не выгодно — учеба сама по себе теряет и смысл, и привлекательность. Хорошо, если у родителей в настоящее время есть возможность поощрять детей за высокие оценки, однако не исключено, что завтра такой возможности не будет. И тогда ребенок может либо перестать хорошо учиться, либо, грубо говоря, начнет хватать «предков» за горло. Со временем же потребности любимого чада будут лишь возрастать: сегодня он ждет оплаты за оценки в школе, завтра потребует купить ему машину, а послезавтра — квартиру. Тем самым родители сами создают тот порочный круг, из которого потом очень тяжело вырваться. — Давайте вернемся к теме психологического состояния нынешних детей. Вы уже упоминали о некоторых неутешительных результатах диагностики тревожности у малышей. Какие еще тенденции можно тут отметить? — Не менее серьезную озабоченность вызывают выводы диагностики страхов у детей. Сегодня у дошколят уровень страха весьма повышен. Опять же, два-три года назад этого не было. Если раньше, например, вопрос «Боишься ли ты войны?» детьми не воспринимался (у них просто отсутствовало это понятие), то теперь войны боятся все сто процентов детей. Можно с уверенностью утверждать, что этот страх обусловлен боевыми действиями в Южной Осетии, которые часто демонстрировались по телевидению и активно обсуждались взрослыми в быту. Да и вообще телевизионные новости перенасыщены эпизодами насилия, что, так или иначе, отражается на психологическом состоянии детей. Еще одна новая отрицательная тенденция — повышение уровня боязни боли. Разумеется, дети всегда испытывали страх перед уколами, зубными врачами и другими источниками телесных страданий, но еще не так давно эту боязнь высказывали 30 процентов дошколят. Теперь — 90 процентов. Кроме того, прогрессируют страхи перед другими детьми (особенно старшими), перед «плохими дядями и тетями». Хотела бы также вернуться к тестам с помощью картинок, о которых я уже рассказывала. Весьма показательна реакция детей на изображение взрослой женщины, играющей с ребенком. В прежние годы дети почти всегда видели в этой женщине маму, а сейчас она все чаще ассоциируется с «взрослой девочкой», «старшей сестрой», «тетей», «воспитателем». Объяснение тут одно: родители заняты выживанием, добыванием средств к существованию, вследствие чего уделяют свои детям очень мало внимания. Я уже не говорю о тех людях, которые уехали на заработки за границу. Естественно, что в этом случае ребенок не видит родителей месяцами, и в его сознании образ мамы или папы «размывается», утрачивает свой приоритет. В итоге в детском саду лишь два-три ребенка в группе воспринимают женщину на картинке как маму. В худшую сторону изменились и ассоциации детей относительно образа семьи в целом. Вот картинка с изображением мамы, папы и ребенка. Раньше она всегда вызывала у детей радостные чувства. Одни говорили, что семья фотографируется, другие — что родители и ребенок вышли погулять. А сегодня эта картинка у 30 процентов малышей почему-то вызывает грустное настроение. Они даже не могут объяснить, почему… Следует отметить и тенденцию изменения восприятия картинки со сценой насилия: человек мужского пола замахнулся на ребенка табуреткой. Прежде дети видели в этом персонаже просто «нехорошего мальчика», а сейчас чаще видят образ папы либо какого-то «злого дяди». Это означает, что дети более остро ощущают агрессию не со стороны сверстников, а со стороны взрослых, и прежде всего в собственной семье. Все это — печальный результат тяжелой социально-экономической ситуации в Украине, следствие усугубления в нашем обществе целого ряда деструктивных процессов. Бедность, нестабильность, насилие, разочарование, неуверенность в завтрашнем дне, ухудшение морального климата в семье и коллективе, утрата твердых жизненных ориентиров и так далее — вот неполный список всего того, что крайне отрицательно отражается на психике взрослых и, соответственно, проецируется на внутреннее состояние детей. Конечно же, детский сад в немалой степени компенсирует малышам тот психологический ущерб, который причиняет им неблагополучная социальная ситуация. Как бы трудно ни было самим воспитателям, они по-прежнему отдают детям все тепло своей души, ежедневно проявляя любовь, внимание, заботу. Я бы даже сказала, что в наше время воспитатель детского сада — чуть ли не единственный человек, который созидает в душе ребенка нравственные ценности и гуманистические качества, пробуждает представления о дружбе, взаимопонимании, взаимопомощи, сострадании, да и просто о доброте. Огромную роль в дошкольном воспитании играют эстетическое обучение и организация праздников, что, кроме всего прочего, способствует сближению детей и родителей. А чем занимается ребенок дома? В основном смотрит телевизор… Я убеждена, что в нынешних условиях воспитателей (и педагогов вообще) следует считать подлинными национальными героями Украины. Горько и обидно, что наше государство за все последние годы так и не научилось ценить людей этой профессии. — Что вы можете посоветовать родителям помимо общих рекомендаций в русле того, что детям необходимо уделять больше внимания? — Больше улыбок, положительных эмоций, радостных моментов даже в самых будничных ситуациях, невзирая на все трудности и проблемы. Дети нуждаются в хорошем настроении! А чтобы его создать, достаточно говорить ребенку совершенно простые слова: «Какой ты сегодня красивый!»; «Как хорошо, что ты рядом со мной!»; «Как здорово, что сейчас мы все вместе собрались за столом!». Очень важно дать почувствовать ребенку теплую, оберегающую, утешающую атмосферу семейного единства и уюта, включать его в жизнь семьи, вовлекать в какую-либо совместную деятельность, даже если это просто приготовление ужина. И тут не столь важно, богатый у вас стол или скромный. Главное — уверенность ребенка в том, что мама с папой — это всегда хорошо, что семья — самое лучшее на земле! Родители ошибаются, если думают, что ощущение семьи присуще ребенку «автоматически». Приведу еще один пример того, как быстро могут пошатнуться эти, казалось бы, нерушимые ценности. В ходе диагностики семейных отношений я задала детям вопрос: «Что для вас самое дорогое в мире?». Так вот, кто-то назвал любимую игрушку, кто-то — машину… Наконец, один ребенок догадался ответить: «Мама». И только затем остальные дети стали хором его поддерживать: «Да, да, правильно, самое дорогое — это мама!». Вот что пугает больше всего — в детях незаметно теряется понимание ценности семьи. А ведь еще недавно мы думали, что это чувство присутствует в ребенке как само собой разумеющееся. Если же вспомнить о том, что кризис спровоцировал значительное увеличение числа разводов (а дети при этом — самые беззащитные жертвы), то ситуация представляется мне крайне опасной. Ну, а непрерывный рост насилия в семье можно расценивать не иначе как катастрофу. Стереотип грубого, жестокого поведения папы или мамы закрепляется в сознании ребенка как норма, и неизбежно переносится им на окружающих. — Людмила Анатольевна, вы говорите настолько тревожные вещи, что это заставляет задуматься о морально-психологическом состоянии нашего общества в более широком масштабе. Несомненно, о детях необходимо заботиться в первую очередь, но ведь сегодня именно взрослые испытывают наиболее глубокий и устойчивый стресс. Более того, Украина лидирует в Европе по темпам роста психических расстройств. Между тем, многие до сих пор не знают, куда обращаться в подобных случаях. В Украине давно существуют службы психологической помощи, но они, как правило, действуют в чрезвычайных ситуациях. Могут ли они помочь в повседневной обстановке? — Безусловно. Учитывая остроту сегодняшних экономических и социальных проблем в нашей стране, психологическая служба должна играть более важную роль. Но, к сожалению, власти на местах, и особенно в глубинке, пока еще этого не понимают. В небольших городах, зачастую, вообще нет таких служб. Правда, в течение некоторого времени меня как психолога привлекали к работе районного центра социальных служб для семьи, детей и молодежи, однако в РЦСССДМ так много направлений деятельности, что психологическая помощь не является приоритетом. К тому же, платили мне чисто символические деньги — 130 гривень. А потом и вовсе расторгли договор из-за недостатка финансирования. Я хотела бы работать в психологической службе, но в Рени, где я живу, никто не берется за ее создание. Открыть собственный кабинет не могу — на это у меня нет денег. Как депутат райсовета я пыталась подготовить районную программу организации психологической службы, однако мне дали понять, что она вряд ли получит бюджетное финансирование. Необходимо заметить, что для серьезной работы кризисным центрам необходимы не только психологи общего профиля, но и специалисты, владеющие психотерапевтическими методиками. Для чего? Можно вспомнить последствия наводнения, произошедшего в Рени в июле 2005 года. Мало кто знает, что многие люди, потерявшие свои дома, вскоре умерли. Они не смогли пережить длительный стресс, в котором находились после тех событий.
В теленовостях мы нередко наблюдаем такую картину: с людьми, пострадавшими в катастрофе или от стихийного бедствия, сразу же начинают работать психологи. После наводнения в Рени оказывать психологическую помощь было просто некому.
Свежий номер /№20(575) 13 мая 2012 года/. Тематика:
|
