«Знает ли сама Украина, кто был Иван Мазепа, оценила ли его величие должным образом? Нет. Причина — сама масштабность личности гетмана, масштабность тех целей, которые ставились им. Кем же в действительности предстает перед нами Мазепа, державший гетманскую булаву почти 22 года? Убежденный государственник, он концентрирует в своих руках власть настоящего властителя, мудрого политика, строителя Украины, национального лидера». Из выступления В. Ющенко в связи с юбилеем Мазепы 20 марта 2009 г.
Историю не обманешь
Имя Мазепы вошло в историю как символ вероломного предательства и национальной измены. Мазепа изменил Украине, украинскому народу, русскому царю и братской России. Выходец из украинской шляхты Правобережной Украины, он с юных лет воспитывался при дворе польского короля Яна Казимира. Свое обучение он «совершенствовал» в школе иезуитов и несколько лет учился за границей. Самих иезуитов уподобляли острому мечу, «рукоять которого в Римском Ватикане, а жало где угодно». Став пажом польского короля, выполнял важные политические и дипломатические поручения. В 1663 году Мазепа участвовал в походе короля на Левобережную Украину с целью ее отторжения от России. После похода, как «агент влияния» из «пятой колонны», он остался на Украине. С этого времени и начинается двойная игра Мазепы, искусно лавировавшего между Россией и польским двором. Умом, образованностью, внешним лоском и изысканной речью Мазепа выделялся среди казацкой старшины. Будучи хитрым, честолюбивым и коварным, он шаг за шагом прокладывал себе путь к гетманской булаве, служа то гетману Дорошенко, то Самойловичу. Своему благодетелю Ивану Самойловичу Мазепа отплатил черной неблагодарностью, обвинив в измене и возглавив в июле 1687 года — после неудачного Крымского похода — заговор казацкой старшины и получив интригами, лестью и подкупом вожделенную гетманскую власть и булаву. Католик-поляк по вере и иезуит по воспитанию и поведению, Мазепа искал только выгод и удобств привольной жизни, легко вступал в сделку с совестью и по корысти и расчету готов был одинаково служить и Москве, и Польше и Швеции. На протяжении своего 20 – летнего гетманств а (1687 – 1708) Мазепа проводил глубоко антинародную политику на Украине и в Запорожье, пытаясь спровоцировать столкновения между русским правительством, украинским народом и запорожскими казаками. Подготавливая передачу левобережных украинских земель под власть Польши, он стремился поссорить Украину с Россией и посеять вражду среди народов-братьев. Налоги и поборы при его гетманстве настолько увеличились, что стали непосильными, вызывая многочисленные волнения и восстания Лично знавший Мазепу Феофан Прокопович (1681 – 1736) отмечал в своей «Истории императора Петра Великого», что в той мере, в какой в глубине души своей Мазепа был предан полякам, в такой же мере он ненавидел русских. Но никто не мог этого заметить, поскольку многоликий гетман-иезуит всегда притворялся «любовным, доброжелательным и приветливым». О таких в народе говорят: «Змея один раз в год меняет кожу, а предатель каждый день». Интересно, что после великой победы под Полтавой и очередного гнусного предательства Мазепы Петр Первый учредил специальный «Орден Иуды» для «награждения» проклятого Мазепы. Удар по «мазепинцам» обрушился с той стороны, откуда его явно не ждали. В то время как националисты во главе с Виктором Ющенко предпринимают титанические усилия, чтобы любым путем «отбелить» образ Мазепы, бывшие его хозяева шведы «осиротили» бедного гетмана. «Швеция не имеет средств и желания сооружать памятник Карлу XII в Украине», — заявил советник посольства Швеции, заместитель посла Христиан Камин во время своего визита в Полтаву.
Памятник планировалось поставить близ поселка городского типа Светлогорское Кобеляцкого района. Городские власти Полтавы, несмотря на беспрецедентное давление со стороны Киева, ставить памятник в самой Полтаве категорически отказались. «Власти Швеции не принимают решения относительно сооружения памятников за пределами своего государства, — отметил дипломат. — Это вопрос для местных властей. Официальной шведской позиции относительно этого вообще нет». Так что участие Швеции в праздновании 300 – летия Полтавской битвы оказалось более чем скромным. Едва ли не самое главное — это перевод и издание на русском языке книги о Полтавской битве. Речь идет о книге шведского автора Петера Энглунда. Правда, в 1995 году она уже издавалась в Москве. Есть надежда, что книгу, изданную на шведские деньги, «демократические» украинские власти не посмеют убрать с полок магазинов, как это они делают с книгами, которые, по их мнению, «неправильно» отображают историю Украины. П.Энглунд пишет о том, на что нынче на Украине наложено табу. Это касается, в первую очередь, Карла XII. В предисловии шведский историк говорит о том, что в Полтавской битве Швеция потерпела самое сокрушительное поражение за всю свою историю. Интересно также и то, как автор описывает «идеологическую обработку» шведской армии: «Лютеранская ортодоксия, опутавшая Швецию своей смирительной рубашкой, выдвигала мысли и идеи, которые пасторы не замедлили вбить в голову солдатам. Кара и месть были важными лейтмотивами в проповедях, и над коленопреклоненными батальонами гремела заповедь не проявлять никакого снисхождения, ибо Слово Божье предписывает возмездие». И воины Карла старались вовсю. Инструкции шведской главной квартиры внушали, что русских следует казнить по малейшему подозрению «к вящему устрашению», чтобы им ведомо было: ежели уж за них взялись, то даже младенцу в колыбели пощады не будет. У Карла, как известно, были последователи – гитлеровцы. Они также «к вящему устрашению» уничтожали всех, даже младенцев. Поэтому «оранжевым» впору продлить логическую связь и рядом с Карлом поставить памятник, к примеру, Гиммлеру. Впрочем, своих гитлеровцев Ющенко и его сподвижнички уже увековечивают — карателя Шухевича велено считать «Героем Украины». Говоря о трофеях, доставшихся русской армии, П. Энглунд пишет: «В кассах полков находилось около 400 тысяч монет и в денежных ящиках Мазепы — еще свыше 300 тысяч монет». Да, очень тяжело жилось гетману «под государевым оком». Так тяжело, что он с горя разбогател до такой степени, что его сбережения могли конкурировать со сбережениями всей шведской армии! Еще один известный шведский историк конца ХIХ — начала ХХ веков А. Енсен в книге «Мазепа» назвал своего героя «политическим авантюристом». В ней он пишет: «Один из недостатков Мазепа наследовал от своих предшественников: полное отсутствие принципиальной линии в проведении своей политики, отсутствие политической целенаправленности, стойкости во взглядах. Эта морально-политическое непостоянство привело его к тому, что даже по отношению к ближайшим соратникам он опускался до подлости и предательства». Да — ПРЕДАТЕЛЬСТВА! И пишет об этом не «русский шовинист», а независимый шведский историк. Но на этом А. Енсен не останавливается: «В лице Мазепы праздновал свой триумф ограниченный НЕНАСЫТНЫЙ ЭГОИЗМ эпохи руины. А с первым недостатком связан и другой — ТРУСОСТЬ». Не менее красноречиво пишет шведский историк об отношении Мазепы к собственному народу: «Личные негативные черты Мазепы, ТРУСОСТЬ и ВЕРОЛОМСТВО, без сомнения, связаны с его недоверием к казакам и всему украинскому народу». Об этом же говорит и письмо Мазепы к Петру: «Наши люди ограниченные и непостоянные, им незнакома военная дисциплина польского образца, они не в состоянии понять, что теряют сами и что теряет родина, особенно когда они бунтуют. Пусть великий государь не слишком доверяет украинскому народу». Да, с народом Мазепе явно не повезло. Того же мнения (с народом не повезло!) и Виктор Ющенко. Выступая на вечере, посвященном своему кумиру, он задал вопрос: «Оценила ли его величие нация?». И сам же ответил: «Нет». А нам кажется, что оценила, но оценила так, как и стоил того «величественный» Иуда, столь ярко показанный шведским историком. Нация знала цену Мазепе и тогда, когда он писал на нее доносы Петру, и тогда, когда он предал ее и переметнулся к Карлу. Знает и сейчас, несмотря на все старания «оранжевых» властей переписать историю. Обратимся к рукописному «Львовскому Сборнику Сводной Летописи» (цитируем на языке оригинала): «Шведский король по имени Карл, Львов место през зраду добыл и збурил, великие скарбы из костелов и церквей и купцей побрал, с которыми был на Украину поехал из войском многими. Там — же за Полтавою побежден от царя Петра Московского. Войско ему убил много тысячей, а он с малой дружиной и з Мазепою гетманом Заднепровским, который ему был яко здрайца поддам. До Волох утекал: там же ся Мазепа отруил и здох».Слово «здох» тогда, как и сейчас, обозначало крайнюю степень презрения к умершему. Если умирал очень уважаемый человек, то говорили: «Почил в Бозе», если просто порядочный человек говорили: «Отошел в мир иной». «Сдыхали» же собаки, скоты. Впрочем, не будем плохо про собак — их отношение к человеку характеризует преданность. Мазепа же хуже последней собаки — его стилем жизни было предательство. Да и можно ли представить, чтобы кто-то, будучи в здравом уме, назвал свою собаку Мазепой?
Остается только повторить за Н. А. Некрасовым: «Хорош портрет, ни красоты, ни благородства — одно лишь дикое уродство»…
