|
Либерализм и «общество свалки»
Автор: Владислав Гулевич
В сравнении с социалистическим обществом капитализм проигрывает во внимании к простому человеку, своими руками создающему блага и богатства для страны. Мы можем лишь с тоской вспоминать бесплатные образование, медицину, общественные услуги. С приходом идеологии капитализма, рухнули основополагающие принципы заботы о человеке и мораль, превращая наше общество в «общество свалки».
«Народы расстаются со своим прошлым смеясь», — утверждал Карл Маркс, и был совершенно прав. Новые политические веяния, новые надежды и утопические грезы настолько захватывают человеческое воображение, что человек, не задумываясь о последствиях, рвет и рушит все, что связывает его с ненавистным, как ему кажется, прошлым. Подобное отношение к политическим моделям державостроительства может быть оправдано лишь в тех случаях, когда стремятся плохое заменить на хорошее. Вариант замены не лучшего на худшее — безумный политический акт, равный политическому самоубийству.
Украинской независимости исполняется 18 лет, хотя слово «независимость» кажется не совсем уместным. Отколовшись от страны, обладавшей реальной независимостью, Украина превратилась в страну с реальной зависимостью от Запада. Перед нами во всей красе открылась та реальность, к которой нас так долго и навязчиво подталкивали «свідомі патріоти» и их заокеанские работодатели. Отказавшись бездумно от того, что у нас было, мы ничего нового не приобрели, кроме оголтелой идеологии узколобого национализма, оплаченного западными фондами и окончательно разрушающего остатки созидающей идеологии. Украина из социалистического государства так и не превратилась в государство либеральное. Рискну предположить, что никогда и не превратится. Ни через 10 лет, ни через 20, ни через 50. И тому есть ряд причин. Что есть социализм? Ответ на этот вопрос не так прост, как кажется. Почему его идеологи К. Маркс и Ф. Энгельс предрекали победу социализма в странах развитого капитализма, а не в аграрной (на тот момент истории) Российской империи? Почему социализм занял господствующее положение там, где, по определению К. Маркса и Ф. Энгельса, его не должно было быть? Ведь и Маркс, и Энгельс считали Россию политически неготовой и социально несозревшей для таких фундаментальных событий. Ответ следует искать в самой структуре русского общества (к которому, несомненно, принадлежал и украинский этнос), в его бессознательном, воспринявших социализм как нечто глубинно свое. Основная идея, заложенная в социалистической идеологии — это идея мессианства, идея общности и философски понятого человеческого братства. Русский народ (а под ним следует понимать совокупность великороссов, малороссов и белорусов), уставший от прогнившей монархии, все более отдалявшейся от народных масс, разглядел в социализме предначертание судьбы, сопряженное с идеей русского мессианства, которое подспудно хранилось не только в русской народной мифологии, но и в русском коллективном бессознательном. Из глубинной социологии нам известно, что характер народа определяется не только внешними факторами, но и специфической глубоко лежащей структурой, в истолковании немецкого социолога Карла Густава Юнга именующегося коллективным бессознательным. С социологической и психологической точек зрения, народ, как совокупность людей, состоит из т. н. керигмы, т. е. рационального, рассудочного начала и структуры, которая и есть коллективным бессознательным. Коллективное бессознательное — хранилище архетипов и глубинных мифологических начал, определяющих процесс не только социального становления народа, но и становления экономического и политического. В структуре русского коллективного бессознательного таятся соборные идеи общности и коллективные ценности, диаметрально противоположные индивидуалистскому началу западной цивилизации крайнего либерализма. Российская монархическая верхушка, многие представители которой этнически не принадлежали к русскому народу, во многом была испорчена занесенным с Запада индивидуализмом и рациональным началом, т. е. керигмой, которая противоречила глубинным структурам русского коллективного бессознательного. Конфликтное наложение рационалистской западной керигмы на общинные принципы коллективного бессознательного не могли не вызвать отторжения тех западных идей, носителями которых являлась российская монархия. Социализм, будучи также продуктом западной политической мысли, но с изрядной долей созвучных русскому человеку идей, явился в образе победы тех глубинных мессианских начал, которые превратили русский этнос в народ-государственник. С социологической точки зрения, в идее социализма керигма не вызывала столь явного отторжения со стороны затоптанного ориентированными на Запад российскими монархами русского коллективного бессознательного, и потому органично воцарившейся в качестве господствующей идеологии на долгие годы. Оправдано ли это? Не сыграло ли с нами коллективное бессознательное жестокую политическую шутку? Если спросить об этом представителя западного либерализма, то его ответ будет заранее предопределен идеологическими установками западной пропагандистской машины. Эгоцентричный Запад в лице коллективистского общества всегда и везде видит непримиримого врага, вставшего на пути бездушной цивилизации накопительства, олицетворяемого странами Запада. Однако такой ответ нельзя считать объективным. Более того, в среде западных интеллектуалов не все воспринимают капиталистического общества потребления как идеал для подражания. Немецкий философ Фридрих Хиршель писал, что в качестве главного врага традиционного немецкого общества выступают не угнетенные азиатские народы, а «носители европейской цивилизации»… В изложении Ф. Хиршеля, «Запад это цивилизация, Восток — культура. Цивилизация основана на деньгах и на расчете, и не знает никакой внутренней сущности. Культура же воздвигнута на основе непоколебимой уверенности в первичности нравственных идеалов, шедеврах высокого искусства, смиренного мышления, жертвующей мудрости. Народы Запада это народы цивилизации, народы Востока являются носителями великих культур». Ф. Хиршель считал, что в противоположность капиталистическому Западу, Восток является социалистическим, при этом социализм здесь следует понимать как внутреннее содержание, а не как теоретическую систему. Капитализм отчуждает людей от их деятельности и подчиняет необходимости, при социализме они стремятся к достижениям и к труду. Люди выступают не как отдельные существа, но как члены общин. «Запад не знает идей, но знает концерны, он не знает общин, но знает экономические связи», — писал Ф. Хиршель. Свободный оборот мирового капитала (что прописано в американской конституции), политика накопительства путем экономического удушения и экономической колонизации более слабых стран — на этом зиждется западная капиталистическая система. В моральном плане достижения капитализма тоже сомнительны. Французский историк и социолог нашего времени профессор Ален де Бенуа заметил, что нынешнее капиталистическое общество, провозглашая и выставляя напоказ свою мнимую духовность, по своей сути является материалистичным более чем все существовавшие до этого мировоззрения. Капитализм подстегивает самые низменные человеческие инстинкты, провоцируя людей на потакание своим желаниям, на которых можно делать деньги. Наша действительность продемонстрировала со всей четкостью, насколько реальные цели западных политиков отличались от пропагандистских заявлений, которыми нас пичкали «демократические» СМИ. Для очернения и демонизации своего идеологического противника «защитники демократической морали» не брезговали никакими средствами. В ход шли ложь, искажение и передергивание фактов, подкуп и шантаж. Позиционируя себя, как идеологию свободного общества, капитализм лгал. Обвиняя социализм в тоталитарности, западные идеологи умалчивали о своих законах, тотально ограничивающих свободу человека — в чем бы то ни было, и где бы то ни было. Благодаря работе заокеанских СМИ, все наслышаны об отсутствии свободы слова в бывшем СССР. А есть ли свобода слова на Западе? Отнюдь не праздный вопрос. Многие наивные люди ответят на него утвердительно и будут неправы. Свободы слова на Западе нет, и об этом можно утверждать категорично, о чем, кстати, писал американский журналист Марк Эймс, перебравшийся в середине девяностых годов в Москву и считающий себя «диссидентом наоборот». М. Эймс может вернуться в США, но работать там и найти свою аудиторию ему будет сложно. После публикации в журнале «Радар» репортажа о преступлениях грузинской военщины в Южной Осетии (чему М. Эймс был свидетелем), журнал был выкуплен и без лишнего шума закрыт. Всех поразили своей прямолинейной циничностью дикторы американского канала «Fox News» — главного рупора правительства США. Приглашенных в студию двух жительниц разбомбленного Цхинвали прервали на полуслове и перекрыли эфир рекламой, как только они стали публично выражать благодарность российским солдатам за спасение от вооруженных банд М. Саакашвили. Более того, после столь вопиющего случая некоторые из американских конгрессменов обозвали «пятой колонной Москвы» всех репортеров, чьи репортажи не укладываются в официальное истолкование августовского конфликта. Вспомним журналиста польского государственного телеканала TVP Виктора Батера. После серии его репортажей из зоны грузино-югоосетинского конфликта, которые не отражали официальную позицию проамериканской Варшавы, В. Батер был уволен, а его репортажи так и не попали в эфир. Известна тактика американских и канадских чиновников, разрешающих во время демонстраций митинговать вдали от телекамер и парадных шествий в честь проведения официальных встреч с лидерами, чья репутация не совсем чиста. Против особо настойчивых применяются спецсредства, как случилось со студентом, развернувшим на пути следования кавалькады важных визитеров плакат «Свобода слова! Демократия!». Канадец Рэйф Мэйр в своей статье «Американское лицемерие» пишет: «В Канаде представители коренных народов и лица азиатского происхождения получили избирательные права только в 1949 году, и только в 1954 году Дуглас Джинг, преодолев запрет на профессию, стал первым в истории Канады юристом китайского происхождения». Далее он продолжает: «В моей родной провинции Британская Колумбия в 1942 году 25 тысяч лиц японского происхождения схватили и отправили в лагеря, расположенные в глубине ее территории. Вся собственность этих людей была конфискована и распродана за 10 процентов ее реальной стоимости, а полученные таким образом средства пошли на покрытие расходов по содержанию ее бывших владельцев в заключении (то же самое было осуществлено в США). И сделано это было, несмотря на то, что, по заверениям Королевской канадской полиции, никакой угрозы эти люди не представляли». Как видим, не все в порядке на Западе с правами человека. Многое, что одурманенные иностранными СМИ люди считали советской пропагандой, на деле оказалось правдой. Вопиюще низкий уровень грамотности населения, катастрофически высокий уровень тяжких преступлений, стратификация общества на бедных и богатых, высокомерный патриотизм, граничащий с национализмом, уверенность в собственной непогрешимости и желание видеть весь мир у своих ног, распространяя «демократию» через ковровые бомбардировки и оккупацию суверенных государств — стандартный набор американского общества, как предельного выражения либерализма. В сравнении с социалистическим обществом капитализм явно проигрывает в сфере внимания к простому человеку, который своими руками создает блага и богатства для страны. В наше время мы можем лишь с тоской вспоминать бесплатное образование, бесплатную медицину и бесплатные общественные услуги. С приходом идеологии капитализма, отвергнутого нашим коллективным бессознательным, рухнули основополагающие принципы государственного регулирования и актуальные ранее моральные принципы. О такой фазе развития либерального общества предупреждал выдающийся русский социолог Питирим Сорокин, проживший остаток своей жизни в США и видевший ситуацию изнутри. Нынешние общество он назвал «обществом свалки», где перемешаны абсолютно все ценностные ориентиры. Социум находится в состоянии постоянного политического брожения, изрядно подгнившие моральные «подпорки» не в состоянии держать общество на достаточной нравственной высоте, оно морально деградирует и постепенно превращается в общество без цели, без устремлений, без идеи, ибо желание скопидомствовать и обогащаться идеей не назовешь. Возможно, не все явления, имевшие место в нашем доперестроечном обществе, можно охарактеризовать положительно. Однако это не снимает вопиющего контраста между обществом социализма и нынешним «обществом свалки». С уходом с политической сцены советского социализма, агрессивный Запад не видит перед собой никаких сдерживающих факторов для распространения своего диктата в условиях однополярного мироустройства. Но хочется верить, что долго это не продлится.
Свежий номер /№20(575) 13 мая 2012 года/. Тематика:
|
