|
Отношение к русскому носит дискриминационный характер
Идеал свободной человеческой личности осуществим только, если будут созданы условия, при которых каждый может пользоваться своими культурными правами «так же, как и своими гражданскими и политическими правами». Язык и общество Главными составляющими языковой ситуации Украины являются проблемы, связанные с функционированием украинского и русского языков. Проблемы этих двух наиболее распространенных языков непосредственно касаются подавляющего большинства народа Украины и потому оказывают наиболее сильное влияние на общую ситуацию в стране. Значимость этих проблем тем больше, что, как показывают социологические исследования, принадлежность к одной из двух языковых групп или к обеим одновременно тесно коррелирует с другими атрибутами личности и составляющими гражданской позиции: конфессиональной принадлежностью, исторической памятью, идеологическими предпочтениями, электоральным поведением и т. п. Этот материал, который мы публикуем сегодня, мало кому известен, даже из ряда украинских политиков. Он не выносился в центр внимания общественности, хотя и прозвучал однажды, в ходе работы круглого стола на тему «Русский язык в современной Украине».
Между тем он представляет собой серьезное исследование, проведенное Киевским Центром политических исследований и конфликтологии, и содержит выводы, к которым просто необходимо прислушаться, если мы реально хотим раз и навсегда решить проблему русского языка в стране, и снять ее с политической повестки дня.
Элиты не слышат собственного народа На первый взгляд, языковая сфера в Украине, в частности положение русского языка, регулируется демократично и в соответствии с европейскими нормами. Статья 10 Конституции Украины провозглашает: «Государственным языком в Украине является украинский язык. Государство обеспечивает всестороннее развитие и функционирование украинского языка во всех сферах общественной жизни на всей территории Украины. В Украине гарантируется свободное развитие, использование и защита русского, других языков национальных меньшинств Украины». Украина ратифицировала ряд международных документов, гарантирующих языковые права граждан, прежде всего — Рамочную конвенцию Совета Европы о защите национальных меньшинств и Европейскую Хартию региональных языков или языков меньшинств. Между тем, при более внимательном рассмотрении можно убедиться в том, что в решении языковых проблем в Украине ситуация складывается далеко не благополучно. Проблемы функционирования каждого из двух максимально распространенных языков во многом сходны: как украиноязычный, так и русскоязычный гражданин заинтересован в том, чтобы иметь возможность пользоваться родной речью в максимальном наборе сфер общественной жизни: в образовании, в отношениях с чиновниками и судом, при обслуживании, в СМИ и т. д. Различие между состоянием двух названных языков определяется их «начальными условиями». К моменту провозглашения независимости функционирование украинского языка в ряде сфер общественной жизни было весьма ограниченным, так что государство и украиноязычный гражданин заинтересованы в их расширении. Русский язык, напротив, к тому моменту был преобладающим, так что русскоязычный гражданин заинтересован в сохранении возможностей его использования. От того, насколько успешно и удовлетворительно будут решены проблемы двух наиболее распространенных в Украине языков, будет зависеть самоощущение людей, ассоциирующих себя с ними: будут ли они чувствовать себя равноправными гражданами своей страны или ее пасынками, гражданами второго сорта. А уже от этого будет зависеть общий духовный и политический климат в стране. Однако политические и идеологические элиты Украины так и не пришли к консенсусу об основных принципах языковой политики. В обществе сформировался явный раскол между «политическими украинофонами» и «политическими русофонами». И хотя в каждом из лагерей активную позицию занимают немногие, идеологическую близость с теми или с другими ощущает почти каждый гражданин страны. Причем чаще всего предметом конфронтации становится политика по отношению именно к русскому языку. По этим причинам, говоря о «языковой проблеме» в Украине, примерно в 80 процентах случаев имеется в виду «проблема русского языка». Наглядным свидетельством ее актуальности является систематическое оживление темы в программах и агитационных материалах партий накануне выборов. Ситуация с русским языком в Украине сильно политизирована и идеологизирована. Наибольшую активность в ее обсуждении проявляют политики и идеологи, занимающие крайние позиции и не склонные к диалогу и компромиссам. В выступлениях политиков и в СМИ языковая проблема трактуется чаще всего в привязке к определенной политической и исторической концепции: то ли «одна нация — один язык», то ли «триединый русский народ», состоящий из великороссов, малороссов и белорусов. При этом те и другие политики и идеологи, защищая интересы «своего» языка, в лучшем случае забывают о «чужом», а в худшем — заявляют о необходимости для него ограничений. Проблема интересов и прав отдельного человека, как правило, выпадает из рассмотрения. В результате отношение к русскому языку приобретает роль маркера в противостоянии «свой — чужой», в частности способствуя региональному разделению. Сформирован стереотип, согласно которому поддержка украинского языка автоматически отождествляется с вытеснением русского (чем и ограничиваются усилия многих политиков) вместо реальных действий по поддержке, например украиноязычного книгоиздательства или кино. Подобная политизация препятствует поискам цивилизованного и приемлемого для всех компромиссного решения языковых проблем в Украине. Между тем, необходимость такого решения, равно как и неприемлемость ряда актов украинской власти в языковом направлении неоднократно подчеркивались и авторитетными международными организациями. О правах человека просто забыли Мы убеждены в том, что при доброй воле политических элит справедливое, соответствующее европейским нормам и удовлетворяющее потребности всех граждан Украины решение языковой проблемы не только возможно, но и не слишком сложно. Между языковыми правами и интересами не существует объективного противоречия — использование в общественной жизни своего языка одними не противоречит такому же использованию своего другими. Существенной предпосылкой для решения языковой проблемы в Украине является засвидетельствованный социологами высокий уровень толерантности ее граждан, в частности в языковом вопросе. Языковые права, то есть права на выбор родного языка, на широкое использование его не только в частной, но и в общественной жизни, на развитие собственной культуры, сохранение культурной идентичности, являются одними из фундаментальных прав человека. Уровень соблюдения этих прав является одним из важных показателей уровня развития демократии в стране. В международно-правовой практике выделена особая категория прав — культурные и языковые права граждан, как составляющая системы прав человека. В частности, в преамбуле «Международного пакта о гражданских и политических правах», принятого Генеральной Ассамблеей ООН 19 декабря 1966 года и получившего законную силу в Украине 23 марта 1976 года, подчеркивается, что идеал свободной человеческой личности осуществим только, если будут созданы условия, при которых каждый может пользоваться своими культурными правами «так же, как и своими гражданскими и политическими правами». А в документах международных правозащитных инстанций — Комиссии ООН по правам человека, Европейского суда по правам человека, ПАСЕ — отмечается, что свобода публичного употребления языка является неотъемлемой частью свободы слова. Необходимым условием решения языковой проблемы является учет интересов всех языковых групп. Потому граждане, общественные организации, партии, заинтересованные в решении этой проблемы для «своего» языка, смогут достичь успеха в этом направлении только в том случае, если предлагаемые ими решения будут учитывать легитимные права и интересы носителей других языков, в том числе государственного украинского. Сказанное в полной степени относится и к постановке вопроса о защите интересов русскоязычных граждан Украины. Справедливое решение языковых проблем в Украине возможно только в аспекте реализации статьи 10 – й Конституции Украины и выполнения ее международных обязательств. Причем речь должна идти о соблюдении не только буквы принятых обязательств, но и самого их духа, принципов, положенных в основу современного европейского и международного права. Структура языкового законодательства Украины Действующее законодательство Украины о языках включает: Конституцию Украины (1996 г.); Закон Украины «О языках в Украинской ССР» (1989 г.) с изменениями, внесенными Верховной Радой Украины в 1995—2003 гг.; Закон Украины «О национальных меньшинствах в Украине» (1992 г.); другие законы Украины, определяющие особенности использования языков в разных сферах общественной жизни; действующие международные документы, согласие на обязательность которых дано Верховной Радой Украины (прежде всего Европейская хартия региональных языков или языков меньшинств, Рамочная конвенция о защите национальных меньшинств). Конституция. Статус языков в Украине определяется процитированной выше 10 – й статьей Конституции. Единственным положением Конституции, определяющим гарантии языковых прав граждан, является часть 5 Статьи 53 (о праве на образование): «Гражданам, принадлежащим к национальным меньшинствам, в соответствии с законом гарантируется право на обучение на родном языке или изучение родного языка в государственных и коммунальных учебных заведениях или через национальные культурные общества». Отметим две особенности указанной части Статьи 53. Во-первых, она фактически ничего не гарантирует: для того, чтобы утверждать о ее выполнении, достаточно разрешить изучение родного языка через национальные культурные общества. Во-вторых, оборот «принадлежащие к национальным меньшинствам» ставит языковые права гражданина в зависимость от его этнической принадлежности. В этом проявляется отличие Украины от принятого в европейском и международном праве подхода, при котором выбор языка является неотъемлемым правом личности и не связан с этническим происхождением. Правда, такое ограничение снимается законом «О национальных меньшинствах в Украине», согласно которому «граждане Украины имеют право свободно избирать и восстанавливать национальность». Закон о языках в УССР Формально основным законом, регламентирующим использование языков в Украине, является закон «О языках в Украинской СССР» с несколькими непринципиальными изменениями, внесенными Верховной Радой в 1995—2003 годах. Однако этот закон, формально оставаясь действующим, фактически потерял свою силу, и оказывает минимальное влияние на процесс регулирования языковых отношений. Такая парадоксальная ситуация объясняется действием одного из переходных положений Конституции: «Законы и другие нормативные акты, принятые до вступления в силу настоящей Конституции, действуют в части, не противоречащей Конституции Украины». Отношение украинской власти к закону «О языках в Украинской ССР» хорошо характеризуется представленной ею в июне 2007 года информацией в адрес Европейской комиссии против расизма и нетерпимости о том, что в нем «большинство положений не соответствует Конституции». Закон «О языках в Украинской ССР» был принят в 1989 году в конце горбачевской перестройки и несет на себе отпечаток того времени. Он, как и все советские законы общего характера, носит декларативное, пропагандистское направление, не рассчитан на реальное применение, а потому в ряде случаев содержит совершенно нереальные обещания. Его основной целью было закрепление на юридическом уровне идеологем, выбранных на тот момент руководством республики. В момент принятия закона влияние союзной власти на Украину заметно ослабело, правящая элита республики почувствовала вкус серьезной, хотя пока и ограниченной, власти и стремилась законодательно закрепить усиление суверенитета и ослабление зависимости от Москвы. Одним из шагов по укреплению суверенитета и стало принятие закона о языках, основным моментом которого было закрепление статуса украинского языка как государственного. В результате внимание законодателя было направлено, прежде всего, на наделение украинского языка как можно более широкими преимуществами по сравнению с другими языками. Разумеется, в условиях союзного государства при сохранении серьезной зависимости от центра нельзя было обойти вниманием и государственный язык Союза — русский, который таким образом был выделен среди других языков. В целом закон составлен под заметным влиянием националистической идеологии, хотя, разумеется, здесь можно говорить только об умеренном национализме, далеком от того, который восторжествовал при принятии языковых законов в независимой Украине. Юридическое закрепление прав на использование русского языка в ряде случаев оставляет желать лучшего. В значительной степени это связано с тем, что авторы закона и центральные власти рассматривали его как декларацию и не имели в виду реальное воплощение. Закон предусматривает различие возможностей использования русского языка по сравнению с возможностями украинского в различных сферах. В некоторых сферах он наделяется по существу теми же правами, что и украинский; в других — промежуточными между украинским и другими языками; в третьих — даже не выделяется отдельно, по умолчанию оказываясь среди других «национальных языков». Закон был направлен на широкое предоставление преимуществ украинскому языку как государственному за счет вытеснения остальных языков, прежде всего — русского. В первую очередь это касается сферы управления, включая судопроизводство. Такое же вытеснение русского языка проводится и в ряде других сфер, существенных для граждан, в частности в дошкольном, среднем специальном и высшем образовании. С другой стороны, в законе сформулированы положения, обеспечивающие возможности граждан по использованию родных и приемлемых для них языков в другом ряде существенных сфер: общение с властями, среднее образование, наука, СМИ. Закон «О языках в Украинской ССР» лежит в основе современного языкового законодательства Украины, задавая его общую схему, при том, что конкретные положения с течением времени меняются, иногда — на прямо противоположные. Общие тенденции отталкивания от этого закона в процессе разработки языкового законодательства в Украине заключаются в том, что националистические силы, контролирующие процесс, стремятся усилить дискриминационные по отношению к другим языкам стороны закона, и на сегодняшний день это им в значительной степени удалось. Политические силы противоположного направления, защищающие русский язык, прилагают усилия к тому, чтобы сохранить хотя бы тот уровень возможностей по использованию других языков, который зафиксирован в законе о языках. В связи с этим у этого закона сложилась репутация инструмента для защиты прав русскоязычных. Сегодня возвращение к нормам закона «О языках в Украинской ССР» от норм законов, принятых после него, выглядело бы как первый, хотя и робкий, шаг к цивилизованному языковому законодательству. Языковые статьи других законов Украины Процесс разработки языкового законодательства в Украине после провозглашения независимости идет путем принятия не нового закона о языках, а специальных статей, регламентирующих использование языка, в законах, посвященных отдельным сферам общественной жизни. Языковые статьи отдельных законов не образуют единой системы, не согласованы друг с другом и зачастую противоречат не только закону «О языках в Украинской ССР», но и самой Конституции Украины. Языковые статьи законов Украины, принятых после провозглашения независимости, в значительной степени повторяют положения закона «О языках в Украинской ССР». Учитывая то, что сам закон о языках в силу Переходных положений Конституции нуждается в легитимизации, поскольку его отдельные положения могут противоречить Конституции, одно из следствий принятых законов — придание его статьям необходимой легитимности. Так в сфере образования назначение новых законов свелось к чистой легитимизации закона о языках — с его как положительными, так и отрицательными сторонами. Сам закон о языках в ряде существенных положений носит дискриминационный характер по отношению к негосударственным языкам, в том числе к русскому. Именно эти дискриминационные моменты и были в первую очередь закреплены в новых законах независимой Украины. Сюда относятся положения об использовании языка в сфере судоустройства, в среднем специальном и высшем образовании. При этом в ряде случаев дискриминационные моменты в новых законах были развиты и усилены. Так, Кодекс административного судопроизводства ввел положение об оплате труда переводчика участником процесса, чего не было в предыдущем законодательстве и что противоречит обязательствам Украины по Рамочной конвенции о защите национальных меньшинств. Особенно велик вес вновь введенных дискриминационных моментов в законе «О телевидении и радиовещании» — при том, что соответствующие положения закона о языках были вполне цивилизованными и соответствующими европейским нормам. Для примера приведем два положения этого закона: «Если язык оригинала (или дублирования) фильма и (или) иной программы (передачи) не украинский, такие фильмы и (или) программы (передачи) транслируются при условии звукового дублирования их на украинский язык. Для общенационального вещания доля эфирного времени, когда вещание ведется на украинском языке, должна составлять не менее 75 процентов суточного вещания». Аналогичный характер носят и изменения в законодательство, введенные законом «О кинематографии». Европейская Хартия региональных языков или языков меньшинств и Закон о ее ратификации С самого начала работы по ратификации Европейской Хартии региональных языков или языков меньшинств националистические силы в украинском политикуме поставили своей целью минимизацию принимаемых по ней обязательств и в целом в этом преуспели. Им удалось добиться того, что Конституционный Суд по процедурному поводу отклонил принятый в 1999 году вариант закона о ратификации Хартии, предусматривающий в целом приемлемый объем обязательств по защите языков меньшинств. В конце концов, в 2003 году Верховная Рада приняла другой вариант закона о ратификации, по существу сводящий к минимуму этот объем обязательств. Минимизация защиты негосударственных языков, прежде всего русского, достигнута за счет нескольких моментов закона. Во-первых, в нем, вопреки требованиям самой Хартии, применяется «уравнительный принцип» защиты языков. В Пояснительном докладе к Хартии рекомендовалось применять тот или вариант «в соответствии с положением каждого языка»: «чем больше число носителей того или иного языка и чем более однородно население региона, тем сильнее выбираемый вариант». Между тем, Украина выбрала одинаковый вариант положений для всех языков. Как для русского, являющегося родным для 14,273 миллиона человек, или 29,6 процента населения страны (по переписи 2001), так и для гагаузского, родного для 31,9 тысяч. Очевидно наличие специального умысла: уравнять обязанности по языкам для того, чтобы равняться на наиболее слабые. Если нереально обеспечить судопроизводство на гагаузском языке, то во имя «равенства» языков отказать в нем и русскому. В мониторинговом докладе ПАСЕ за 2003 год докладчики «призывают украинские власти, чтобы, имплементируя положения Хартии, они идентифицировали территории языков, упомянутых в ратификационном законе». Но этот призыв остался не услышанным. Во-вторых, по каждому пункту из всех предлагаемых вариантов защиты языка Украина выбрала самый слабый. В-третьих, закон о ратификации Хартии наперед развязывает руки властям Украины на любые мероприятия в языковой сфере: в нем утверждается приоритет мероприятий, проводимых в стране под лозунгом утверждения украинского языка перед самой ратифицируемой Хартией. Тем самым провозглашен противоречащий международной практике принцип приоритета внутренних законов государства перед его международными обязательствами. Вместе с тем, даже эти слабые обязательства, принятые Украиной по Европейской хартии региональных языков или языков меньшинств, равно как и по ратифицированной ею Рамочной конвенции о защите национальных меньшинств, на практике не выполняются. Они не стали основой для развития украинского языкового законодательства и не принимаются во внимание при проведении политики по регулированию функционирования русского языка в различных сферах общественной жизни. Политика украинской власти по вытеснению русского языка и меры, предпринимаемые ею для реализации поставленной задачи, не имеют аналогов в современной Европе, в развитых демократических странах мира. Языковая политика, осуществляемая различными органами власти, проводится с практически полным игнорированием международных обязательств, которые взяла на себя Украина, а в ряде случаев и действующего законодательства. Эта политика по вытеснению русского языка из всех сфер общественной жизни неизменно реализуется властями со времени провозглашения независимости Украины. Однако наиболее последовательно она стала проводиться с 2005 года, после прихода к власти В. Ющенко. При этом основным объектом украинизации сегодня являются дети, которые существенно ограничены в возможностях получить образование на русском языке как в дошкольных учебных заведениях, школах, так и в высших учебных заведениях. Они ограничены также в возможностях смотреть в кинотеатрах детские фильмы и читать в библиотеках новые детские книги на русском языке. Закрепление данных тенденций в законодательстве обусловлено тем, что в идеологическом пространстве Украины до сих пор доминировали националистические силы, стремящиеся к вытеснению русского языка из общественной сферы и культурно-информационного пространства. Именно им были отданы «на откуп» практически все идеологические посты, они же проявляли и наибольшую активность и последовательность в законодательных инициативах. При этом националистические силы не ограничиваются законотворческой работой. В не меньшей степени они ориентированы на разработку конкретных мер и реализацию их на уровне нормативных актов министерств, государственных комитетов и национальных советов, руководящие должности в которых занимают их представители. Политические силы, декларирующие намерения отстаивать права русскоязычных граждан и добиваться повышения статуса русского языка, до сих пор были значительно менее последовательны. В большинстве случаев деятельность ведущих политических партий страны по защите прав русскоязычных граждан ограничивалась публичными выступлениями и подготовкой законопроектов, большинство из которых в дальнейшем даже не выносились на рассмотрение в сессионный зал.
(Окончание следует)
Свежий номер /№21(576) 20 мая 2012 года/. Тематика:
|
