Час пик
Быстрый переход:




Необандеровский зоопарк Восточной Польши | Страница 1

Автор: Владислав Гулевич




С 16 по 22 сентября 2012 г. в Жешувском университете прошла серия лекций, организованных в рамках проекта «Развитие дидактического потенциала Жешувского университета на европейском уровне». В ходе мероприятия, в котором участвовали эксперты из разных стран (Япония, Финляндия, Великобритания, Украина), обсуждались актуальные проблемы методологии преподавания и вызовы, стоящие перед современным образованием и наукой.

Для участия в дискуссии польской стороной был приглашен наш обозреватель Владислав Гулевич. Тема, с которой он сегодня знакомит наших читателей, официально на обсуждение не выносилась, но об этом в Польше говорят все мыслящие люди.

 

Немногие знают, что заповедником украинского национализма следует считать, наряду с Западной Украиной, и Восточную Польшу. Речь идет об украинцах, проживающих в подкарпатских воеводствах Польши, по границе с Украиной. Большинство из них — воинствующие проповедники необандеровской идеологии, потомки боевиков ОУН‑УПА. Казалось бы, у Варшавы не может быть ничего общего с почитателями Бандеры и Шухевича. Регулярные убийства польских государственных и военных деятелей (Бронислав Перацкий, Кароль Сверчевский и др.), Волынская резня 1943 года и многие другие события не должны давать повода для тесного сотрудничества необандеровцев и польских властей. На самом деле все сложнее.


Украинский национализм в его самой разнузданной форме — удобный инструмент для противодействия России. Это понимают в Варшаве, а потому и обеспечивают т. н. Союз Украинцев Польши (СУП) изрядными финансовыми средствами (ежегодно около 500 тысяч евро). СУП объединяет в своих рядах и граждан Польши польского происхождения, исповедующих радикальные взгляды. Причем их радикализм приобретает как русофобские, так и полонофобские тона. Варшава это тоже замечает, но предпочитает делать вид, будто все в порядке. Польские власти готовы даже немножко потерпеть антипольские выходки местных необандеровцев, лишь бы не лишиться удобного идеологического «буфера» между Польшей и тем, что принято называть Русским миром. Необандеровские организации Польши как раз и призваны выполнять роль этого буфера.

Стоит подчеркнуть, что далеко не все поляки в восторге от такого положения дел. Например, особое беспокойство националистические шабаши местной национал-украинской публики вызывает у польской интеллигенции на Подкарпатье, где в Перемышле, расположенном всего в 12 км от украинской границы, действует местное отделение СУПа с далеко идущими амбициями.

К примеру, Перемышль местные украинцы хотят превратить в центр украинскости в Польше. С этой целью, заручившись финансовой поддержкой украинской диаспоры Канады, сплошь состоящей из сбежавших за океан полицаев и карателей, СУП стащил в Перемышль со всей Польши около 200 украинских семей праворадикальных взглядов, с сильными профашистскими традициями.

Общая численность украинцев в Перемышле составляет всего 139 человек. Поляки утверждают, что их больше, не менее полутора тысяч, но многие из них либо не сознаются в том, что они украинцы, либо помнят об этом смутно, и считают себя уже поляками. На всем Подкарпатье официальная численность украинцев достигает 3400 человек. Там же имеется одна украинская школа. В Польше выходит газета СУПа — «Наше слово» — издание, наполненное пробандеровскими настроениями.

Польская общественность Перемышля возмущается, но на эти возмущения Варшава не реагирует. Более того, некоторые из местных необандеровцев восседают в местных органах власти, а свои нацистские «сходняки» перемышльские необандеровцы проводят в сопровождении автомобилей польской полиции. Городская администрация им предоставляет и место, и время для проведения фашистских шествий и празднеств: марши по улицам города с бандеровскими знаменами, торжественные линейки у могил захороненных бандитов ОУН‑УПА, награждение уцелевших головорезов юбилейными медалями.







  • Малиновский район — не только колоритная Молдаванка, Промзона с крупнейшими предприятиями или типовая застройка «Черемушек». Это и пять поселков — Ленпоселок, Дзержинка, Сахарный — окраины, где жизнь отличается от ритма «большого города». Находясь в стороне от главных магистралей и оживленных улиц, не так заселенные, как спальные районы — эти места зачастую обделены вниманием властей…>>>
  • Через пять дней после принятия этого Закона, Верховная Рада, снова по инициативе Сергея Гриневецкого приняла Заявление «Безъядерному статусу Украины — реальные гарантии»…>>>
  • Когда в 2005 году мы шли на выборы в местные советы, мы первые подняли вопрос о Хаджибеевском, Куяльницком, Григорьевском, Тилигульском лиманах — вообще о системах лиманов вокруг Одессы и их критическом состоянии. На нас тогда смотрели с удивлением, дескать, «Зачем им это нужно?!». А мы понимали, зачем. Мы знаем, что представляет собой этот природный ресурс, какое это богатство, и как мы не умеем им нормально распорядиться…>>>
  • Противостояние обострилось до такой степени, что жители Лиманского решили провести акцию протеста — перекрыть проходящую через село железную дорогу. Работникам милиции удалось предотвратить незаконные действия людей, однако «паровой котел» протестного движения грозил взорваться в любой момент. Урегулировать ситуацию попытались Ренийская райгосадминистрация и районное газовое хозяйство. При их участии в конце октября 2011 года противоборствующие стороны достигли компромисса, и появилась надежда на то, что темпы газификации села будут ускорены… С тех пор прошло почти пять месяцев, но проблема лишь усугубилась…>>>
  • Неся бремя объективного аналитика и наблюдателя за нашей судебной системой, мы все чаще приходим к печальному выводу, что «черные мантии» — главные фигуранты в сомнительных делах, когда права человека растаптывают, буква закона попирается, а судебное решение несовместимо с понятием справедливости. «Раздутый миф» об «успехах» реформирования судебной власти является ярчайшим примером подлинного кощунства по отношению к праву в целом и его судебной системе, в частности. Классический тому пример — дело Н. Х. Кошура…>>>