Час пик
Быстрый переход:




Леонид Кучма: «За 21 год я — единственный, кто сам подал в отставку с поста премьера» | Страница 2






Как можно кратко охарактеризовать экономическую ситуацию того периода?

— Чего стоило только одно систематическое веерное отключение электроэнергии, от которого больше всего страдали больницы, школы, детсады, городская инфраструктура, не говоря уже о производстве: машиностроение, животноводство и другие отрасли, особенно перерабатывающие, без энергетики работать не могут. Красноречивее всех слов здесь могут быть цифры: в 1992 году дефицит государственного бюджета составил почти 14 процентов от ВВП, а с учетом прямых кредитов Нацбанка Украины от имени правительства сельскому хозяйству и угольной промышленности — 37 процентов. План бюджетных поступлений был выполнен только наполовину. Почти ничего не поступало в казну от внешнеэкономической деятельности, над которой государство тогда потеряло контроль. Экономика уходила в тень, что парализовало налоговую систему. Полностью разрушенной оказалась финансовая система. Критически не хватало энергоносителей, а долги за них висели дамокловым мечом. Все эти аргументы я привел в своем выступлении 18 ноября 1992 года в Верховной Раде. И они произвели впечатление: 308 депутатов проголосовали за предоставление Кабмину права в течение шести месяцев издавать экономические декреты законодательного характера.

А затем «декретная» деятельность Кабмина очень жестко критиковалась...

— Действительно, некоторые политики пытались усмотреть в этом авторитарные замашки, и начали плести интриги в парламенте и в окружении президента. Хочу напомнить: я не просил таких полномочий для правительства, предлагал их предоставить президенту преследуя одну цель — чтобы Кабмин мог оперативно готовить указы по наиболее острым экономическим проблемам, а президент их утверждал после экспертизы в его администрации. Но парламент отказался дать Леониду Кравчуку такие полномочия. Катастрофическое состояние экономики вынуждало незамедлительно реагировать на постоянно меняющуюся ситуацию. Верховная Рада в силу своего дискуссионного характера и стиля работы не могла обеспечить оперативность. А у нас в то время не было времени на дискуссии. При этом хочу подчеркнуть, что все проекты декретов после принятия Кабмином обязательно направлялись на согласование Президенту и Верховной Раде, и вступали в силу только через 10 дней после принятия, если они не ветировались. Так что и здесь не все так было просто, как кому-то казалось тогда и сегодня.

Уже в декабре 1992 года появились первые декреты Кабмина — «О приватизации земельных участков», «Об оплате труда», «Об акцизном сборе», «О налоге на прибыль предприятий и организаций». Сегодня они выглядят обычными, а тогда это были революционные решения, серьезно стимулировавшие активизацию производства. Принимались и непопулярные, но крайне необходимые декреты, связанные с либерализацией цен, регулированием внешней торговли, созданием налоговой, таможенной и бюджетной систем. Всего за полгода было издано около 90 декретов, некоторые из них действуют и сейчас. Можно ли было ожидать такой продуктивности от парламента, учитывая его тогдашний состав?

Тем не менее, в адрес вашего правительства нередко высказывались обвинения в блокировании рыночных преобразований, возрождении административных методов управления экономикой...

— Я всегда придерживался позиции, что государство должно играть важную роль в экономике, особенно в переходной период. Это ни в коем случае не значит, что надо вставлять палки в колеса нормальной работе бизнеса и предпринимательства. Убежден: регулирующая роль государства должна присутствовать везде и всегда. Сегодня мы наблюдаем, как после кризиса во многих странах с развитой рыночной экономикой активно взялись за усиление влияния государства и даже протекционизм. А в начале 90‑х годов в Украине, как и других постсоветских государствах, плановая система уже не действовала, а рыночной нормативной базы еще, по сути, не было. Кто-то же должен был управлять экономикой. Поэтому обвинения в блокировании или демонтаже рыночных преобразований вызывают удивление. Как можно демонтировать то, чего еще не было.







  • Через пять дней после принятия этого Закона, Верховная Рада, снова по инициативе Сергея Гриневецкого приняла Заявление «Безъядерному статусу Украины — реальные гарантии»…>>>
  • «Заработная плата — мерило уважения, с которым общество относится к данной профессии». Возможно, этот афоризм американской активистки движения за социальные права в США Джонни Тиллмон и справедлив для стран с развитой рыночной экономикой, но в украинских реалиях он вряд ли найдет подтверждение на практике…>>>
  • Теперь молодым приходится рассчитывать только на себя, в лучшем случае — на помощь родителей. И в вопросе жилья также. Накануне экономического кризиса Украина переживала строительный бум. Но он не решил жилищной проблемы…>>>
  • Украинский суд, как показывает практика, — не просто самый несправедливый в мире. Он еще и проявляет завидный правовой нигилизм. То есть сам суд, как бы призванный строжайшим образом следить за соблюдением законов, на эти же нормы закона банально плюет…>>>
  • Если у вас захотят отнять жилье, не имея на то убедительных и документально подтвержденных оснований, совсем не обязательно, что вас защитит суд. Может случиться и наоборот: суд примет в производство дело, не имея никаких оснований для возбуждения производства. И вы проиграете в этом неправедном суде. А того факта, что судья наплевал и на ваши права, и на саму букву закона, никто не заметит. Ни в апелляционной инстанции, ни в Высшем суде. Называется это одним именем — произвол. Но это — не просто реалии наших будней. Это — «картинка с натуры»… >>>