Час пик
Быстрый переход:




Цензура в театре она уже действует и берет пример с «лучших образцов» советской эпохи


В театральном сообществе режиссера Андрея Жолдака не очень любят. Не любят маститые коллеги, считая его выскочкой и не прощая ему выпадов в свой адрес и резких заявлений об агонии академических трупп. Не любят рецензенты, маскирующие свою полуобразованность спесью и хамством. Не любят менее удачливые одногодки, уверенные, что имя себе Жолдак сделал исключительно эпатажем.

В общем, он — чуточку «выродок», белая ворона, мишень для ядовитых шпилек и мстительной желчи. Вот факт: сцену для затеянной Жолдаком ретроспективы своих спектаклей под разными предлогами отказались предоставить несколько киевских театров. Профессиональная ревность в данном случае оказалась даже сильнее меркантильности — ведь давая Жолдаку «от ворот поворот», руководители этих театров теряли немалые деньги за аренду. Но все равно не пустили. Гастроли, конечно, состоятся — в Национальной опере. Зрители сами смогут решить, так ли страшен Жолдак, как о нем судачат.

Как бы там ни было, а преданная публика у режиссера есть. Ведь у здравомыслящих и ценящих оригинальную театральную форму людей поводов для зависти нет. Они-то, наверное, даже рады, что их соотечественник — по сути, единственный из украинских режиссеров, — сумел добиться признания за пределами родины и завоевать репутацию одного из самых необычных и талантливых молодых европейских театральных постановщиков.

Дело, впрочем, не только в зависти.


Жолдаку, кажется, не могут простить не его бесцеремонность и эгоцентризм, даже не его удачи и популярность, а, прежде всего, его сумасшедшую художественную отвагу. Он позволяет себе то, что другие давно себе запретили, в себе кастрировали или так и не сумели из своих способностей извлечь. Он позволяет себе быть собой и не бояться себя. Позволяет себе фантазировать без табу и внутреннего цензора. Рисковать. Добиваться невозможного. Не лгать в искусстве и не пресмыкаться — перед начальством, актерами или публикой.

Потому, наверное, симптоматично, что в независимые, а пуще того — послемайданные, принципиально равнодушные к культуре украинские годы только Андрей Жолдак, в общем, совершенно аполитичный человек, ощутил на своей шкуре давление, казалось, забытой с советских лет цензуры. Ей подвергли в Харькове его последний спектакль «Ромео и Джульетта. Фрагмент» -  в местном театре имени Т. Шевченко, который режиссер счастливо для себя и труппы возглавлял четыре года.

Официально работу театра, кстати, никто не запрещал. Местные чиновники, не желающие марать оранжевые мундиры обвинениями в обскурантизме и доводить дело до международного скандала (спектакль создавался по заказу и в кооперации с Берлинским фестивалем), устроили мелочный торг, потребовав в обмен на разрешение показать спектакль за границей заявление об отставке Жолдака и клятву не играть «Ромео и Джульетту» дома.

Конечно, их мнимое пуританство и интеллигентность шокировали три десятка обнаженных актеров на сцене, в одном из кульминационных моментов спектакля демонстративно обмазывающих себя дерьмом.

Но все же, подозреваю, злобу властей вызвала не физиология, а идеология постановки.

Жолдак, фигурально выражаясь, вымазал не актеров, а общество. Далекий, повторю, от политики человек, он, к слову, единственный в последние годы в нашем театре прямо и честно сказал со сцены, что от перемены цветов власть не меняется (условно говоря, враждующие «оранжевый» и «синий» кланы представлены у него двумя стаями разнузданных вульгарных обезьян), что современный человек обобран, унижен и оглуплен, что социум погружен в энтропию и даже совсем молодые люди в нем чувственно оскоплены, буквально на глазах омертвевают, превращаясь то ли в собственные надгробные памятники, то ли в парковые скульптуры, на которых можно писать любую мерзость.

Все-таки художников надо любить. Даже если они говорят неприятную правду.


Василь Лье,

«Столичные новости»






  • Нужно искать новую эффективную модель, чтобы не превращать райадминистрации в отделы по переписыванию бумаг… Стране нужна дальнейшая реформа власти, в первую очередь, власти на местах…>>>
  • Выборы в местные советы должны проходить стопроцентно по мажоритарным округам. Особенно это стало понятно сейчас…>>>
  • По самым скромным подсчетам только в Одессе в общежитиях проживает порядка 60 тысяч человек. Причем живут они не в лучших условиях, зачастую с риском вообще остаться на улице. И такие случаи бывают…>>>
  • На прошлой неделе были осуществлены работы по перезахоронению первых пяти могил с территории аварийного Григорьевского кладбища на новое место. 14 января для проверки качества выполняемых работ на территорию Южненского кладбища, куда и производится перезахоронение умерших, выехала инициативная группа, в состав которой входят родственники и близкие захороненных. Увиденное их поразило…>>>
  • Сознание человека в обществе потребления, блокирует любую информацию, в которой не заложен элемент материальной прибыли, проще говоря, «бесплатно размышлять» никто уже не будет, а вот за деньги, такие люди, согласны будут размышлять в любом указанном направлении. «Бухгалтерское мышление» — так удачно назвала этот феномен президент Литвы Даля Грибаускайте, разрушает общество, а ведь общество — это фундамент государства…>>>