Час пик
Быстрый переход:




Цензура в театре она уже действует и берет пример с «лучших образцов» советской эпохи


В театральном сообществе режиссера Андрея Жолдака не очень любят. Не любят маститые коллеги, считая его выскочкой и не прощая ему выпадов в свой адрес и резких заявлений об агонии академических трупп. Не любят рецензенты, маскирующие свою полуобразованность спесью и хамством. Не любят менее удачливые одногодки, уверенные, что имя себе Жолдак сделал исключительно эпатажем.

В общем, он — чуточку «выродок», белая ворона, мишень для ядовитых шпилек и мстительной желчи. Вот факт: сцену для затеянной Жолдаком ретроспективы своих спектаклей под разными предлогами отказались предоставить несколько киевских театров. Профессиональная ревность в данном случае оказалась даже сильнее меркантильности — ведь давая Жолдаку «от ворот поворот», руководители этих театров теряли немалые деньги за аренду. Но все равно не пустили. Гастроли, конечно, состоятся — в Национальной опере. Зрители сами смогут решить, так ли страшен Жолдак, как о нем судачат.

Как бы там ни было, а преданная публика у режиссера есть. Ведь у здравомыслящих и ценящих оригинальную театральную форму людей поводов для зависти нет. Они-то, наверное, даже рады, что их соотечественник — по сути, единственный из украинских режиссеров, — сумел добиться признания за пределами родины и завоевать репутацию одного из самых необычных и талантливых молодых европейских театральных постановщиков.

Дело, впрочем, не только в зависти.


Жолдаку, кажется, не могут простить не его бесцеремонность и эгоцентризм, даже не его удачи и популярность, а, прежде всего, его сумасшедшую художественную отвагу. Он позволяет себе то, что другие давно себе запретили, в себе кастрировали или так и не сумели из своих способностей извлечь. Он позволяет себе быть собой и не бояться себя. Позволяет себе фантазировать без табу и внутреннего цензора. Рисковать. Добиваться невозможного. Не лгать в искусстве и не пресмыкаться — перед начальством, актерами или публикой.

Потому, наверное, симптоматично, что в независимые, а пуще того — послемайданные, принципиально равнодушные к культуре украинские годы только Андрей Жолдак, в общем, совершенно аполитичный человек, ощутил на своей шкуре давление, казалось, забытой с советских лет цензуры. Ей подвергли в Харькове его последний спектакль «Ромео и Джульетта. Фрагмент» -  в местном театре имени Т. Шевченко, который режиссер счастливо для себя и труппы возглавлял четыре года.

Официально работу театра, кстати, никто не запрещал. Местные чиновники, не желающие марать оранжевые мундиры обвинениями в обскурантизме и доводить дело до международного скандала (спектакль создавался по заказу и в кооперации с Берлинским фестивалем), устроили мелочный торг, потребовав в обмен на разрешение показать спектакль за границей заявление об отставке Жолдака и клятву не играть «Ромео и Джульетту» дома.

Конечно, их мнимое пуританство и интеллигентность шокировали три десятка обнаженных актеров на сцене, в одном из кульминационных моментов спектакля демонстративно обмазывающих себя дерьмом.

Но все же, подозреваю, злобу властей вызвала не физиология, а идеология постановки.

Жолдак, фигурально выражаясь, вымазал не актеров, а общество. Далекий, повторю, от политики человек, он, к слову, единственный в последние годы в нашем театре прямо и честно сказал со сцены, что от перемены цветов власть не меняется (условно говоря, враждующие «оранжевый» и «синий» кланы представлены у него двумя стаями разнузданных вульгарных обезьян), что современный человек обобран, унижен и оглуплен, что социум погружен в энтропию и даже совсем молодые люди в нем чувственно оскоплены, буквально на глазах омертвевают, превращаясь то ли в собственные надгробные памятники, то ли в парковые скульптуры, на которых можно писать любую мерзость.

Все-таки художников надо любить. Даже если они говорят неприятную правду.


Василь Лье,

«Столичные новости»






  • «Заработная плата — мерило уважения, с которым общество относится к данной профессии». Возможно, этот афоризм американской активистки движения за социальные права в США Джонни Тиллмон и справедлив для стран с развитой рыночной экономикой, но в украинских реалиях он вряд ли найдет подтверждение на практике…>>>
  • «Безопасный город» — один из ключевых пунктов программы Сергея Гриневецкого. Являясь первым заместителем председателя Комитета Верховной Рады по вопросам национальной безопасности и обороны, он видит эту проблему как профессионал, системно, определяя ключевые факторы жизнеобеспечения города. Здесь и качество продуктов питания, и качество воды, и санитарная гигиена, и соблюдение ПДД...>>>
  • Сергей Гриневецкий в своей деятельности уделяет особое внимание Придунавью. Еще в бытность С. Гриневецкого губернатором Одесской области, по его инициативе КМУ в 2004 году утвердил Комплексную программу развития Украинского Придунавья, которая обеспечивала качественное развитие региона. К сожалению, «оранжевое» руководство страны игнорировало интересы страны в Придунавье, и о Программе «забыли»…>>>
  • На прошлой неделе были осуществлены работы по перезахоронению первых пяти могил с территории аварийного Григорьевского кладбища на новое место. 14 января для проверки качества выполняемых работ на территорию Южненского кладбища, куда и производится перезахоронение умерших, выехала инициативная группа, в состав которой входят родственники и близкие захороненных. Увиденное их поразило…>>>
  • Бахмачский районный суд Черниговской области приговорил судью одного из городских районных судов Сумской области к 5 годам лишения свободы с лишением права занимать определенные должности, связанные с отправлением правосудия на 3 года за получение взятки и вынесение заведомо неправосудного решения…>>>