«Воровкой нации» называли еще в XIX веке падение платежеспособности («ослабление») денег при необратимом росте цен на товары и услуги. Теперь это по-научному называется «инфляцией» — от латинского inflatio, что значит «переполнение». Суть одна: держателей денег обкрадывают, снижая текущую цену денег по сравнению с первоначальной, по которой эти «средства платежа» им достались.
Не нужно быть большим специалистом, чтобы увидеть прямую зависимость роста или снижения инфляции от политики того или иного находящегося у власти Кабмина. И только слепой и глухой мог не заметить, что инфляция в Украине разгулялась не на шутку именно за последний 100‑дневный период деятельности правительства Тимошенко. В феврале текущего года она составила почти 22 процента в сравнении с февралем 2007‑го. Годовую разницу в уровне цен население ощущает не только зрительно — по новым цифрам ценников в магазинах — но и опосредованно — сокращая прежний набор потребляемых продуктов питания, откладывая покупку новой обуви, одежды, экономя на лекарствах и т.д. В первую очередь это касается малоимущих, которых, как показывает мировой опыт, «воровка нации» угнетает более других. Причем, страдают от нее как «симпатики», так и «антипатики» БЮТ, как на Западной Украине, так и в других регионах: инфляция обкрадывает независимо от партийной принадлежности потребителей. В начале прошлой недели на встрече с трудовым коллективом шахты им. Засядько. г-жа Тимошенко публично заявила, что намерена сократить денежную массу, которая стала результатом «колоссальной, неоправданной эмиссии гривны». От такой наглости ахнули даже неискушенные в экономике слушатели, особенно, когда услышали, что «ни одно государство делать такого не имеет права, потому что на базе эмиссии рождается инфляция, над которой правительство теряет контроль». Когда Тимошенко заметили, что она сама запустила этот механизм выдачей сбережений, Юлия Владимировна, как водится, перешла на другую тему. Несмотря на постоянно декларируемые намерения «побороть инфляцию» в ближайшие полгода (интересно, включать в них уже истекшие три месяца или начинать отсчет с сегодняшнего дня?), в своей реальной политике правительство не принимает никаких серьезных антиинфляционных мер. Зато сомнительных, если не сказать малограмотных с точки зрения экономической науки действий, провоцирующих инфляцию — хоть отбавляй. Причем, все — и обыватели, и экономисты с финансистами — прекрасно понимают, что происходит что-то нехорошее. Но никто пока скрупулезно не проанализировал, какие конкретно шаги привели к новому витку роста цен, и что нас ждет хотя бы в ближайшей перспективе. От самой Тимошенко ничего оригинального услышать не удается — только постоянный плач о «тяжелом наследии», доставшемся от Януковича. Но это уже даже не смешно. Или, к примеру, недавняя заявка на то, что она договорилась с производителями подсолнечного масла о снижении цен — тоже ничего, кроме улыбки, вызвать не может. Как известно, Юлия Владимировна — талантливый и наглый мистификатор. На «черное» она говорит «белое», собственные промахи легко вешает на оппонентов, при обвинениях в свой адрес, которые трудно опровергнуть, мило переводит разговор на другую тему. В этом мы еще раз могли убедиться во время ее очередного манерного шоу на канале «1+1». Когда один из журналистов робко посетовал на резкий скачок цен на газетную бумагу, связанный (как говорят сами поставщики) с таможенной политикой правительства, премьер с издевкой заметила: чего, дескать, мне не «шьют» — даже отколовшуюся льдину в Арктике. Дескать, только что-то у нас дорожает — Тимошенко виновата. Ну, какое отношение к правительству имеет газетная бумага! (И действительно — чего приставать по мелочам?). Вообще, сказала премьер, 100 дней — это слишком мало для того, чтобы судить о ее великих свершениях.
ВИДЕО. Интервью газете «Час пик» лидера партии «Социалистический Народный Фронт» (Литва) Альгирдаса Палецкиса, оправданного литовским судом по делу об «отрицании советской агрессии» (текстовая версия будет опубликована позднее): часть 1, часть 2.
