|
Страсти вокруг тестов
Образование и вопросы
Наша газета давно и пристально следит за процессами в системе образования, у нас есть по их поводу свой взгляд, основанный как на мнениях специалистов и общественности, так и на собственных убеждениях. Причем, образовательным проблемам мы отдаем приоритет среди всех остальных — и экономических, и политических. Мы без преувеличения считаем: от того, каким будет наше образование, зависит все дальнейшее развитие страны и качество будущих поколений.
Поскольку в Украине стартует приемная кампания в вузы, тема независимого тестирования достигла своего апогея. Кто где окажется? В том вузе, куда собирался или в первом попавшемся? Какие лазейки найдут богатые и влиятельные? Будет ли недобор? А если конкурс — то где гарантии прозрачности? Почему так много развелось «победителей олимпиад»?.. Эти и другие вопросы можно задавать бесконечно. Поэтому в ближайший месяц «Час пик» в серии материалов будет конкретно анализировать результаты внедрения системы оценивания и наблюдать за ситуацией в новых условиях.
«Я хочу через средства массовой информации довести до общественности, что через два дня в Украине заканчивается одна из важнейших, весомых и системных акций в сфере образования — переход к независимому внешнему оцениванию знаний…
Можно считать, что в 2008 году оно состоялось!» — с таким сдержанным пафосом начал свою пресс-конференцию в агентстве «Контекст-Причерноморье» один из самых популярных ныне чиновников в Украине, директор Украинского центра оценивания качества образования Игорь Ликарчук.
Его популярность обусловлена тем, что он возглавляет этот масштабный эксперимент, являясь его главным «лоббистом», или, если хотите адвокатом. «Работа у меня такая — ездить и информировать», — так ответил Игорь Леонидович на вопрос журналистов — с чем связано его турне по стране.
Главный экзаменатор страны не скрывал своего удовлетворения тем, как прошла «беспрецедентная акция» и какие она дала результаты. Он выделил четыре основные достижения кампании. Впервые в истории украинского образования получены данные об уровне знаний такого количества людей. Тесты проводились одни и те же в одинаковых условиях, поэтому на их результат не влияли никакие факторы, кроме уровня знаний. Это первое достижение. Второе, по словам И. Ликарчука, у нас определен практически поименный список тех, кто имеет реальные шансы стать студентом высших учебных заведений. По результатам основной сессии это почти 420 человек в возрасте от 17 до 82 лет (как известно, последняя цифра связана с тем, что сдавать тесты и поступать в вуз решила 82‑летняя жительница Крыма — ред.). Опасения, что внешнее тестирование не даст возможность организовать конкурс в вузы, оказались необоснованными — опять-таки, по мнению директора Центра. Третье, отметил он, оценивание не выявило каких-либо отличий в уровне знаний городских и сельских выпускников — об этом свидетельствуют статистические данные. Четвертое достижение состоит в том, что создана система, которую не удалось «взломать» изнутри: не зафиксировано ни одного случая утечки информации — ни соответствующими службами, ни общественностью.
В целом результаты тестирования дают серьезную почву для анализа всей системы образования Украины. Уже сегодня в Министерстве идет интенсивная работа над тем, как будет проводиться эта кампания в следующем году, учитывая уроки нынешней. Разрабатываются также новая система приема в высшие учебные заведения, вносятся изменения в графики учебного процесса — другими словами, внешнее тестирование поспособствовало различным инновационным процессам в данной сфере.
Игорь Ликарчук выразил уверенность в том, что нововведение ликвидирует многие негативные явления (читай: коррупцию) и станет настоящим прорывом в системе образования.
Слушая этот «официоз», трудно было отделаться от некоторых мыслей, ощущений и вопросов. Безусловно, Игорю Леонидовичу — доктору педагогических наук, профессору, да и просто опытному функционеру — трудно что-либо возразить и противопоставить, потому что педагогический авторитет имеет свойство давить на окружающих, и журналисты здесь не исключение. Тем не менее, собравшиеся представители СМИ своими каверзными вопросами пытались несколько охладить оптимистическое настроение собеседника, но только … им это удавалось плохо. Всевозможные «но», «а если…», всяческие сомнения и опасения г-н Ликарчук парировал с легкостью человека, уверенного в правоте вверенного ему дела.
Все мы прекрасно понимаем, что чиновник, выражая официальную точку зрения государства, обязан говорить то, что он говорит — то есть, давать исключительно положительные оценки. Но мы также знаем по прошлым временам, что массовое «одобрям-с» никогда не приводило ни к чему хорошему.
Поэтому для начала сделаем следующую оговорку. «Час пик» не является равнодушным наблюдателем и не занимается «критикой ради критики». Наша позиция — выражение обеспокоенности «современными» тенденциями в образовании, которые, на наш взгляд, ведут не к прогрессу, а к деградации. Это касается и Болонского процесса, и внедряемого в этом году тестирования. Другими словами, мы имеем осознанную позицию, а посему будем вступать в полемику, в том числе и с профессурой.
А полемизировать можно по двум направлениям. Первое, наиболее сложное, это оспаривать систему тестирования как таковую. Почему сложно? Потому здесь, как и в пресловутой «евроинтеграции», гражданам не оставили права выбора. То есть, введению тестирования, как говорят на официальном уровне, альтернативы нет, и никто никогда не вернется к старой экзаменационной системе. Это даже не обсуждается.
Второе направление — полемика по поводу поспешности внедрения новой системы, непродуманности многих моментов и всех негативных последствий, отражающихся на судьбах конкретных людей. Именно с этих позиций нынешняя кампания активно критикуется представителями высшей школы — и ректорами, и преподавательским составом.
За несколько дней до состоявшейся пресс-конференции в газете «Одесские известия» вышла статья ректора Одесского экологического университета Сергея Степаненко «Парадоксы независимого тестирования» — с, так сказать, «точечной» критикой внедряемой системы. Вкратце изложим основные претензии автора.
Первая касается того, что в сертификатах существуют параллельно две шкалы оценок — двухсот — и двенадцатибалльная, и нет единой системы пересчета из одной шкалы в другую. Кроме того, эти «шкалы» несут в себе разные функции. Двухсотбалльная, на основании которой происходит зачисление в вуз, оказывается, является просто «рейтинговой» (то есть, оценивает не знания как таковые, а рейтинговое место тестируемого в сравнении с другими участниками). Установить соответствие оценок одной и другой шкалы — дело сложное и субъективное. К чему ведет такое разночтение в оценках — автор статьи иллюстрирует конкретным примером.
Второй момент, который отмечает Сергей Степаненко, — наличие в тестовых заданиях вопросов, отсутствующих в школьной программе. То есть — что раньше было строго запрещено в вузах, теперь позволено Центру оценивания. Подверг ректор резкой критике и систему подачи апелляций, заметно ущемившую права абитуриентов. С обеспокоенностью говорит он об опасности недобора в технические вузы, о чем свидетельствует обращение некоторых ректоров в Минобразования. «Мы можем пожать плечами, улыбнуться очередному противоречию в украинской нормативной базе, очередным недочетам, которые объективно неизбежны при масштабных нововведениях, однако конкретному выпускнику от этого не легче!» — делает автор справедливый вывод и приходит к мнению о том, что данную реформу следовало осуществлять поэтапно, а не «одним махом».
Еще раз подчеркнем, что С. Степаненко, являясь «безусловным сторонником независимого тестирования», критикует лишь отдельные недостатки и недоработки системы. Однако Игорь Ликарчук и такую критику воспринял, мягко говоря, недоброжелательно: он дал понять, что среди руководства вузов существует вполне закономерное «лобби» противников нововведений, а причина этому одна — нежелание расстаться со своей монополией на приемную кампанию. Косвенно в таком противодействии он обвинил и автора статьи. Нормального восприятия конструктивной критики мы здесь не заметили.
Безусловно, каждый живущий в Украине хорошо знает, до какого уровня дошла коррупция в вузах: простому смертному, «с улицы», на бюджетную форму обучения пробиться было нереально. Очевидно, что эта ситуация уже требовала вмешательства государства. Именно с этой точки зрения попытку бороться с коррупций путем введения независимого тестирования как раз понять можно. Ведь делать надо было хоть что-то!
Однако все мы знаем и о том, как сегодня обстоят дела в реальной жизни. На пресс-конференции одна из журналисток рассказала присутствующим о своих впечатлениях: на выпускном вечере ребята охотно рассказывали друг другу о том, как им удавалось во время тестирования получать помощь от заинтересованных учителей, либо при помощи мобильных телефонов, отпросившись в туалет и т.д.
Хмуро сдвинув брови, Игорь Ликарчук сказал примерно следующее: все, о чем вы говорите, во-первых, исключено, а во-вторых, бездоказательно. Это равносильно тому, если я обвиню кого-то из присутствующих в преступлении. Назовите адрес школы, номер аудитории и фамилию учителя — мы обратимся в соответствующие органы, они расследуют, и уж тогда можно кого-то обвинять!..
Вам это ничего не напоминает? По типу «секса в СССР нет», «если кто-то кое-где у нас порой» или, как заявляется всегда на официальном уровне, «у нас в вузах работают исключительно честные преподаватели, и только иногда, очень редко, встречаются взяточники». Последнее утверждение, кстати, очень популярно, несмотря на расцвет махровой коррупции в вузах. И если бы только коррупции — ее следствием явилось, в основном, полное равнодушие преподавательского состава вузов к своему «конечному» продукту — студенту. То, что среднестатистический студент не ходит на лекции, не учит материал, не пишет самостоятельно курсовые и дипломные, сдает за деньги модули и экзамены — все меньше волнует всех, в том числе и министерство. Я лично знаю многих «бывших честных» преподавателей крупного технического вуза, которые, устав бороться с системой, стали ее винтиками. Они (брезгливо, правда) берут деньги у отморозка-посредника и ставят оценку в зачетку, так и не увидев в глаза ее хозяина. Для студента эта услуга стоит сто долларов, о ее массовости можно судить по тому факту, что «отморозок» за год подобной работы успел сесть на «шестисотый». Говорят, таким образом он «охватил» сразу несколько вузов города.
И что скажет министерский чиновник? Пожалуйста, имя, фамилию, аудиторию — иначе «у нас такого быть не может»? Но ведь все, абсолютно все, знают, что может и есть!
Значит, все-таки, не в доказательствах проблема? И, скорее всего, одними тестами здесь не поможешь?
В следующей статье мы продолжим о чудесах отечественного менталитета и о том, как они связаны с реформами в образовании…
Марина Чайковская
Свежий номер /№34(384) 24 августа 2008 года/. Тематика:
/Первая полоса/ Со слезами на глазах
/Политикум/ Владимир Литвин: «С большим опасением ожидаю нового политического сезона»
/Власть и общество/ Кто ведет их во власть?
/Власть и общество/ Успехи правительства — грязная ложь
/Актуально/ Мы не рабы! Мы только учимся…
/Почтовый ящик/ Сердце на ладони
/Трибуна/ Большинство поддерживает Россию
/Трибуна/ Россия говорит правду
/Трибуна/ «Розовые» наци
/Между прочим/ Зреет буря?
|
