|
Язык и государство
Статья «Русский язык объединит Украину», опубликованная в №30(380) нашей газеты 27 июля 2008 года, вызвала глубокий резонанс читателей, которые просят продолжить тему, начатую известным политологом Михаилом Сытником.
Сегодня мы предлагаем вашему вниманию интервью с ним.
— С некоторых пор, украинизация, которую тотально проводит действующая в Украине власть, объективно приняла формы и содержание политики раскола страны и этноцида. А как обстоит дело в других странах бывшего СССР?
— После распада СССР в тех бывших советских республиках, где совместно проживало несколько крупных этносов, остро встал вопрос о самоидентификации проживающих в них народов: что взять за основу — этническую культуру (этнический национализм) или политическую нацию (гражданский национализм)? В тех моноэтнических республиках, где большинство народа относилось к одному этносу (например, белорусы или армяне), понятия «этнос» и «нация» совпали, практически не создав проблем для самостоятельного государственного строительства. Однако в современных полиэтнических государствах понятие «политическая нация» относится сугубо к государственной и гражданской идентификации, и только в бывшем СССР понятие «этнос» полностью отождествлялось с понятием «национальность», поэтому после его распада, там, где совместно проживало несколько крупных этносов, понятия «этнос» и «нация» вступили в острое противоречие. Ярким примером таких противоречий выступают Латвия, Украина и Казахстан, где на момент распада СССР значительную часть населения составляли русские и русскоязычные граждане.
Самыми показательными в этом плане являются Украина и Казахстан. В 1991 году украинцы и казахи, как коренные этнические общности, составляли менее половины населения своих стран, а если говорить о проценте населения, для которого русский язык был родным, то этот процент составлял абсолютное и подавляющее большинство. Сегодня можно смело сказать, что пытки сделать эти государства сугубо национальными потерпели крах.
В предыдущей статье мы уже говорили о том, что по своим лингвистическим качествам и объему профессиональной терминологии национальные языки практически во всех странах СНГ пока еще не способны адекватно и полноценно выполнять базовые функции государственных языков. За все 17 лет национальной независимости этот факт подтверждает сама жизнь, которая, как известно, является критерием истины. А поскольку во многих странах СНГ национальные языки возведены в статус единственно государственных, то на протяжении всего периода самостоятельности это приводит к неутихающим разногласиям на этой почве, к неприемлемой национальной политике, вызывающей раскол в обществе, что заметно на примере Украины.
— Давайте поставим вопрос так: каковы, если можно так выразиться, лингвистические основы государственности?
— Вы совершенно правильно делаете акцент. Давайте вспомним классическое: «Сначала было слово…». И важно, чтобы оно было понято всеми — такова, если хотите, божественная задача государства.
Функции и система государственности существуют как цивилизационная, логико-правовая и надэтническая структуры, объединяющие различные этнические культуры, превращая их в политическую нацию. Иными словами, тип государства, его правовая идеология и финансово-экономическая модель определяют уровень развития цивилизации и объединяют различные этносы в гражданское общество. При этом нужно особо подчеркнуть, что не в каждом государстве этнический язык одного, пусть даже коренного народа, способен самостоятельно создавать или адекватно отражать уровень развития современной цивилизации — научные знания, высокие технологии и промышленно-производственные основы экономики.
— То есть, определяющим является, какое именно слово будет лежать в основе всего, насколько оно будет понятным для всех, без исключения?
— Совершенно верно. В любой стране мира в статус государственного языка должен возводиться именно тот, который по своим лингвистическим качествам способен полноценно и адекватно выполнять функции государственности независимо от страны происхождения этого языка. Ярким подтверждением этого тезиса служат целые страны и континенты — Индия, Бразилия, Австралия, ЮАР и т.п. В Индии, наряду с языком хинди коренного населения, сосуществуют еще 22 официальных языка, среди которых язык бывшей метрополии — английский — занимает главенствующие позиции и адекватно выполняет все функции государственности. Заметьте, это происходит в стране, чья культура и традиции на пять тысячелетий старше британских!
То же самое мы наблюдаем и в Бразилии, где языком государственности выступает португальский, а не языки коренного населения. Здесь нужно особо подчеркнуть, что в мире есть 35 государств, имеющих два и более государственных языка, и 59 государств, сохранивших, подобно Бразилии, в качестве единственного государственного языка язык своей бывшей метрополии.
— Хотелось бы все-таки обратиться к теме лингвистических подоснов государственности и развития общественного устройства…
— Посмотрите на эту тему с точки зрения факта и комментария. Например, мы все хорошо знаем, что английский язык во всем мире выполняет функцию языка науки, которая является одной из главнейших функций государственности. Это — факт. А теперь — комментарий: именно поэтому распространение английского языка создает ментально-языковую почву для распространения типа и модели западной государственности — парламентаризма и либеральной демократии.
Так что, всем переходить на английский? Отнюдь, нет. Если этнический язык коренного народа не выполняет функции современной государственности и не адекватен уровню технократической цивилизации, это не значит, что он обречен на вымирание и от него нужно отказаться. Здесь речь идет о том, что государственный язык и этнический язык должны не противостоять и противоречить друг другу, а наоборот, дополнять друг друга и гармонично разделяться на различные сферы употребления и применения.
— Назовем эти сферы…
— Государственный язык — это язык закона, науки, финансовых и промышленно-технологических сфер деятельности. Национальный или этнический язык — это язык культуры, литературы, искусства, фольклора, народных праздников и т.д. И вот здесь государство всеми средствами должно поддерживать и развивать национальный язык, сохранять все богатство и наследие этнической культуры.
— А теперь обратимся к нашей конкретной украинско-русской языковой проблеме.
— Прежде всего, нужно сказать о том, что так называемое «противостояние» двух братских славянских языков создано искусственно и сознательно превращено оранжевыми политиками в инструмент геополитики и противостояния с Россией. Ведь на протяжении всей нашей истории русский и украинский языки, являющиеся ветвями одного и того же древа, прекрасно дополняли друг друга, а после Столыпинской реформы вместе с украинскими переселенцами украинский язык получил широчайшее распространение практически по всей России. Хрущевская идея поднятия целинных и залежных земель в Казахстане принесла украинский язык и в эту республику, где он слился с русским и распространился повсеместно. В Северном Казахстане все села были фактически двуязычными и все говорили на русско-украинской смеси языков, поэтому во времена СССР отличить русского от украинца в Казахстане было практически невозможно.
— Давайте без политики, а строго научно: способен ли украинский язык выполнять функции государственности?
— Хотя я и являюсь украинцем по предкам и фамилии, я все-таки гражданин другого государства, поэтому хочу, чтобы вы попытались ответить на этот вопрос сами. Но буду говорить об объективных проблемах, на которые, по моему глубокому убеждению, нельзя закрывать глаза. Сам по себе украинский язык по целому ряду своих лингвистических качеств просто не успел усовершенствоваться до равнозначных универсальных качеств и морфологических свойств русского языка.
Вспомним историю. После распада Древнерусского государства с центром в Киеве, огромная часть Правобережья оказалась под гнетом Польши и Литвы. В отличие от татарского ига, которое претендовало только на материальные выгоды от завоевания (то есть, просто на дань), польско-литовская оккупация принесла духовное рабство — ополячивание и латинизацию, требования к местному населению отказываться от православия и переходить в католицизм. В таких условиях сохранить и развивать свой родной русский язык у народа не было шансов. Вот почему к началу Петровской эпохи русский язык развился до масштабов мирового, а русский на территории Украины только начал формироваться как украинский, отходя от диалектности. И сегодня он объективно не обладает тем лингвистическим аппаратом, которым в совершенстве обладает русский язык.
— Отрицать это глупо, тем более что этот факт признают и те из украинцев, кто действительно заинтересован в развитии национального языка, и не стоит на позициях «непримиримого национализма». В частности, ряд серьезных украинских переводчиков отказались от перевода на украинский язык классиков немецкой философии именно по той причине, что арсенал украинского языка недостаточен для адекватной передачи смысла и содержания немецкого оригинала.
— Вот лишнее доказательство, которое демонстрирует сама жизнь. И, несмотря на это, менее совестливые переводчики не брезгуют ничем. А что мы получаем? Скоропалительное терминотворчество и поспешный перевод огромного массива научной, профессиональной и гуманитарной литературы на украинский язык приводит к соответствующему качеству этих переводов. Возникает вопрос: а будет ли способна научная мысль на таком украинском языке функционировать равноценно с русским и английским, признанными мировыми языками ООН? Будет ли она способна конкурировать с ними в ближайшие двадцать-тридцать лет?
— Вопрос риторический. Правда, должен заметить, что эта же научная мысль у нас все равно развивается на своей, естественно русскоязычной, платформе. Просто в силу своей традиционной неспособности противостоять политическим обстоятельствам, наша наука мыслит по-русски, а для проформы переводит все это на часто совершенно непонятный, если не сказать «инновационный» украинский.
— Вот это и есть самое страшное для науки. Она перестанет развиваться. Если украинский ученый, скажем, в областях квантовой физики, математики или неорганической химии, мысля по-русски, готовые результаты своих исследований или прикладных изобретений вынужден переводить на украинский язык (тем самым лишая адекватного восприятия своих наработок другими учеными), это означает, что данный язык не выполнил функцию науки и прогресса. Следовательно, он не выполнил и функцию государственности. То же самое относится и к функции образования — особенно высшего и технического. Что донесет такой ученый до сознания студента, если, творя на русском, он вынужден изъясняться на другом языке? Разве прибавится качества знаниям на базе «модерна» украинского терминотворчества, которого решительно никто не понимает, более того — над которым и студенты, и преподаватели просто смеются? Как следствие, украинские студенты будут отставать в качестве знаний от учащихся российских вузов (они уже отстают!), и это отставание будет только углубляться. Конечно, хочется верить, что рано или поздно здравый смысл все же восторжествует в нашем братском славянском государстве, и русский язык получит статус второго государственного. Тогда Украина пойдет по цивилизованному европейскому пути Бельгии или Швейцарии, где сосуществуют и очень хорошо живут несколько крупных этносов, у которых по три государственных языка.
Только функции государства, его логико-правовая система и финансово-экономическая модель определяют уровень развития цивилизации и благосостояния народа, поэтому любая этническая культура и язык соотносятся с государством как форма и содержание. Иными словами, объединить различные этнические общности (формы) в единую политическую нацию способно только единое правовое содержание государства — единые законы и права для всех граждан, а также единый государственный статус и равноправие языков всех крупных государствообразующих этносов.
Записал Николай Пастернак
Свежий номер /№48(398) 30 ноября 2008 года/. Тематика:
/Первая полоса/ Как «сшить» страну?
/Власть и общество/ Владимир Литвин: «Кризис — время лечения от раскола»
/Политикум/ Сергей Гриневецкий: «Общая беда должна побудить нас укреплять сотрудничество»
/Политикум/ Без России мы ноль
/Политикум/ Нужно вернуться к ЕЭП
/Политикум/ «Укрепляем» конфликт
/Глубинка/ Место речи изменить нельзя?
/Так жить нельзя/ О коррупции среди «борцов»
/Так жить нельзя/ И ты, Прут?
/Актуально/ Пока все человечество не станет англосаксами…
/Между прочим/ Трусость рождает зло
/История и мифы/ «Люблю благословенный град Одессу»
|
