|
Владимир Литвин: «Исключительной угрозой для Украины является сама ее власть»
Только ленивый еще не обвинял всю Верховную Раду в целом и лидеров некоторых парламентских фракций, в частности в молчании по поводу ситуации в Грузии.
Парламентарии в этом не едины, Премьер также не спешит определиться со своей позицией. Эксперты уже успели увидеть за молчанием политиков желание своими заявлениями не навредить отношениям или с Кремлем, или с Вашингтоном.
Владимир Литвин в интервью «Главреду» дал четкую оценку ситуации в Грузии, действиям участников конфликта и позиции официального Киева.
— Владимир Михайлович, ведущие украинские политики как-то неохотно комментируют ситуацию в Грузии. Можете дать собственную оценку?
— Для того чтобы дать оценку, нужно быть на месте событий и увидеть все своими глазами. Если просто смотреть новости по телеканалам, объективную картину не составишь.
Вполне очевидно, что такое развитие событий было ожидаемым. На Кавказе сошлись интересы ключевых мировых игроков. Возможно, состоялся определенный процесс подталкивания (учитывая импульсивность определенных деятелей) к пробе сил. По моему убеждению, это была проба на реакцию, которая, вполне очевидно, преследовала цель решить все проблемные моменты перед вступлением Грузии в НАТО. Но должен быть системный подход к анализу: почему такое происходит, какую позицию занимает Украина, и что она должна делать для обеспечения собственной безопасности и выживания украинского народа?
— Вы говорите, что причиной конфликта была попытка решить все проблемные вопросы до вступления Грузии в НАТО...
— Почему же тогда такая непродуманность в действиях? Думаю, прав Эдуард Шеварднадзе, который в интервью газете «Комсомольская правда» говорит, что Грузия, в сущности, вступила в Цхинвали ради борьбы с мирным населением. Убежден, огнем и кровью проблемы территориальной целостности решить невозможно. Это из арсенала девятнадцатого века. Проблемы нужно решать путем поощрения и диалога, а не силы. Еще раз повторю: одна из целей Грузии — проба на реакцию, в том числе, России. Это попытка одним махом доказать свою правоту через силу.
— Если следовать Вашей логике, то Грузия испытывала Россию на реакцию. Не слишком ли неадекватной была она? Не переборщили ли россияне с применением оружия?
— Мне трудно дать оценку этому. Нужно иметь более точную информацию о реальной картине там. Но здесь появляется один вопрос — о защите своих граждан в зоне конфликта, то есть, граждан собственного государства. Смогла бы украинская сторона в случае чего защитить своих граждан таким способом? Готовы ли мы к таким решительным действиям?
— Хорошо, обратимся к Украине. Какие угрозы, по Вашему мнению, несет для нее конфликт на Кавказе?
— Кавказ — стратегический регион, а конфликт происходит неподалеку от нас. Конфликты, как правило, имеют свойство разрастаться и переходить на соседние территории, если своевременно не будут локализованы и нивелированы. Нужно учитывать то обстоятельство, что замороженные конфликты происходят и тлеют там, где бедность, где необустроенность и процветает коррупция. Если посмотреть на наши внутренние процессы, то мы не самая обустроенная страна. Необходимо учитывать причины того, что происходит в мире.
Международное право, к которому пытаются апеллировать, изнасиловано и нивелировано. Косовский прецедент не получил надлежащей оценки и был поощрен. Его реализовали вопреки международному праву. Сегодня говорить о единых подходах и единых требованиях практически невозможно. Новые же правила не наработаны. Это является ключевой проблемой, на которую стоит обратить внимание, потому что мы апеллируем к тому, что уже не действует и дискредитировано. Мы знаем, кто первый поздравил Косово, и таким образом открыл шлюзы для других горячих точек.
Нужно помнить о том обстоятельстве, что мы начинаем чувствовать последствия и тектонические сдвиги после распада Советского Союза. В масштабах СССР территории произвольно передавались от одних образований к другим, и это не вызывало публичной неудовлетворенности и возражений. Все происходило в рамках единого дома. Много территорий передавалось и дарилось не один раз одними республиками другим. Сегодня это начинает давать о себе знать.
— Если не апеллировать к международному праву и не осуждать вторжения российских войск на ее территорию, тогда следующим может стать Крым. Вы соглашаетесь с такой точкой зрения?
— Я исключаю такое следствие развития событий. Мы должны быть объективными и исходить из того, как развивались события, и кто первым применил оружие против мирных людей. Еще раз хочу обратиться к словам Шеварднадзе, что, в сущности, Грузия первая вступила в Цхинвали для борьбы с мирным населением. Разве так можно делать?
В Украине я исключаю любое подобное развитие событий, если у нас будет адекватная власть и будет консолидировано общество, а политики не будут в оценке событий пытаться понравиться одной или другой стороне. Повторения не будет, если будет попытка смотреть в корень проблемы и попытка быть объективными. По моему мнению, Украина потеряла возможность быть посредником в урегулировании конфликтов на постсоветском пространстве, хотя для этого были большие предпосылки. Это обстоятельство вынуждает нас четко очертить приоритеты внешней и внутренней политики Украины, потому что, по моему глубокому убеждению, осенью это будет одной из линий водораздела украинского политикума, который будет виден на примере деятельности парламента. Не появится осмысления, будет попытка перекричать друг друга, чтобы понравиться кому-то за пределами Украины с учетом президентской кампании.
— Почему Украина потеряла потенциал посредника?
— Потому что четко стала на одну сторону конфликта. Очевидно, если ты хочешь быть посредником, то не должен демонстрировать заангажированность.
— Для Вас стало сюрпризом, что в Украине политики опять разделились в оценках событий и заняли две абсолютно противоположные позиции?
— Вовсе нет. У нас двойная мораль, это норма жизни. Мы же знаем, что украинские политики являются самостоятельными в своих действиях и заявлениях до определенного предела. У нас, когда говорят о шансах того или другого политика, то всегда спрашивают, кто его поддерживает — Москва или Вашингтон? В соответствии с этим позиция политика и определяется. К тому же, я пока еще не видел серьезного анализа, и даже подходов, к серьезному анализу ситуации, кроме заявления, которое сделала наша политическая сила. В настоящий момент преобладают эмоции, нужно отказаться от личных симпатий и предпочтений.
— Как бы Вы оценили действия украинских высших должностных лиц — Президента и Премьера на эту ситуацию?
— По моему убеждению, общество не получило заявления или обращения, в котором была бы представлена консолидированная позиция Украины, как государства (опять же, учитывая президентскую кампанию, которая у нас все больше разворачивается). У нашей стороны реакция по большей части была или нервная, или несогласованная, или отмалчивались те, кто должен владеть всем объемом информации, поскольку в их подчинении есть структуры, имеющие точные сведения об этом.
— Виктор Балога обвинил лидеров фракций в молчании, спрашивая, почему абсолютно пассивную позицию заняли наши ведущие парламентские силы, «вероятно, деморализованные солнцем морских берегов». А почему молчали Вы?
— Считаю, что комментариями в таких вопросах можно чрезвычайно навредить. Тогда нужно было бы всем сорваться, сесть в самолет и полететь в Грузию, а затем делать выводы и суждения. В Украине нужно говорить о месте нашего государства и последующих шагах обеспечения безопасности граждан.
— Нужно ли вообще, чтобы лидеры парламентских фракций высказались по таким вопросам?
— Очевидно, они должны давать оценку. Но для этого сначала нужно было бы собрать лидеров. На такой встрече должны были бы выступить министр обороны, председатель СБУ, руководитель внешней разведки, главного разведывательного управления, МИД и руководство погранвойск. На основе такого анализа можно было бы вырабатывать позицию, а после этого проводить консультации и определять позицию парламента.
— На чем основывается Ваша позиция сейчас? Как и простые граждане, Вы черпаете информацию из телевидения, есть ли у Вас более достоверные источники?
— Я смотрю украинские и российские телеканалы и активно общаюсь с людьми, бывая в регионах. То, что я говорю, является обобщенной реакцией людей на события.
— В последние дни начали раздаваться голоса, что Владимир Литвин молчит из-за перспективы будущих президентских выборов. Якобы Вы не хотите ссориться с Москвой. Как Вы прокомментируете такие тезисы?
— Знаете, это пример того, как маленькая собака лает на большую. Мне что, нужно было сорваться и давать истерические оценки и прогнозы, не имея исчерпывающей информации? Нужно время, по крайней мере, на анализ информации из открытых источников. Успеть первым «поверещать» — не для меня. Это же не соревнование, кто лучше поздравит с победой олимпийца.
— Кстати, Вы в последние дни были в Украине?
— Я все время был в Украине.
— Тогда вы, по-видимому, знаете, что Секретариат Президента начал обвинять Премьера в том, что она отмалчивается по Грузии, а это якобы связано с какими-то договоренностями. Как Вы оцениваете такие выпады?
— Я не читал эти материалы, у меня были проблемы с интернетом в поездках по регионам, потому не могу об этом сказать — по телевидению этих заявлений не передавали.
— Арсений Яценюк заявил, что хочет собрать лидеров фракций для выработки общей позиции Верховной Рады по грузино-российскому конфликту. Вы видите возможность выработки такой общей позиции?
— При нынешнем подходе вряд ли. Для этого нужно отбросить политические установки и расчеты.
— Хотелось бы вернуться к теме угроз из-за войны на Кавказе. Участие в боевых действиях Флота РФ, дислоцирующегося в Крыму, несет угрозу для нас?
— Исходя из разного рода социологических исследований и общения с людьми, могу сказать — исключительной угрозой для Украины является украинская власть, абсолютно некомпетентная и непрогнозируемая. Внешних угроз я не вижу. Все зависит от того, как мы внутренне обустроены.
— В заявлении Вашего блока по поводу ситуации в Грузии идет речь о том, что Украина должна более решительно идти к нейтралитету и внеблоковости, забыть о НАТО. Так Вы против вступления в Альянс?
— Последние события доказали, что Украина должна быть региональным лидером. Для этого она не должна быть заангажированной. Нужно рассматривать статус нейтралитета и внеблоковости не в нынешних канонических представлениях, а как возможность Украины иметь линию и позицию нейтрального посредника и модератора решения конфликтов. В таком аспекте я рассматриваю нейтральный статус Украины.
— Сейчас идут разговоры о необходимости обновления закона об основных принципах внешней и внутренней политики, Ваш блок также на этом настаивает. Что должно стать стержнем закона?
— Этот закон в настоящий момент не ориентирован на потребности Украины. Считаю, что там должна быть четко записана ее внеблоковость.
— Какие внутренние проблемы Украины, по Вашему мнению, обнажила война?
— Отсутствие четкого видения у руководства государства, что представляет собой страна. У них неадекватное представление о том, чем живут и о чем думают украинцы. Мы увидели, что у нас отсутствует аналитика и прогнозирование, как будут развиваться события в мире. Мы абсолютно не готовы к стремительному развитию событий. Мы демонстрируем «реактивную реакцию», которая не имеет логического продолжения и приводит к осложнениям внутри страны.
— Владимир Михайлович, Вы не боитесь того, что Ваша достаточно лояльная к России позиция может стать причиной обвинения Вас в заигрывании с Москвой в преддверии президентских выборов?
— Я не вижу, в чем моя позиция является лояльной по отношению к России. Я говорю в рамках интересов Украины. Мы живем не в изолированном мире, и это нужно учитывать. Я не делал, в отличие от некоторых политиков, громких заявлений о поддержке России, пытаюсь быть объективным. Утверждал и утверждаю, что проблемы территориальной целостности нельзя решать кровью. Это варварский метод. Любое возвращение в лоно государства какой-либо территории не достойно таких жертв.
Виталий Червоненко, «Главред»
Свежий номер /№48(398) 30 ноября 2008 года/. Тематика:
/Первая полоса/ Как «сшить» страну?
/Власть и общество/ Владимир Литвин: «Кризис — время лечения от раскола»
/Политикум/ Сергей Гриневецкий: «Общая беда должна побудить нас укреплять сотрудничество»
/Политикум/ Без России мы ноль
/Политикум/ Нужно вернуться к ЕЭП
/Политикум/ «Укрепляем» конфликт
/Глубинка/ Место речи изменить нельзя?
/Так жить нельзя/ О коррупции среди «борцов»
/Так жить нельзя/ И ты, Прут?
/Актуально/ Пока все человечество не станет англосаксами…
/Между прочим/ Трусость рождает зло
/История и мифы/ «Люблю благословенный град Одессу»
|
