Час пик
Быстрый переход:




Терпение лопнуло! | Страница 2






 

Как они живут?

 

25‑го января страна отметила своеобразную дату. Четыре месяца назад у берегов Сомали было захвачено судно с украинцами на борту. На судне было оружие, и, по заявлениям представителя судовладельца, именно поэтому переговорный процесс так затянулся.

Торговля оружием — дело тонкое. Тонкое и грязное. Хитросплетения дипломатических ходов, направленных на освобождение «Фаины», плотно скрыты от исполненных надеждой глаз родных и близких пленников.

В многочисленных публикациях о танках и выкупе, запрашиваемом пиратами, теряется основное. То, что должно волновать людей куда сильнее, нежели спецгруз и миллионы долларов. Все четыре месяца, пока продолжается вялотекущая шизофрения, называемая властями «переговорным процессом по освобождению членов экипажа», 17 украинцев ждут, пока государство, чьи правители заявляют о своем желании присоединиться к Евросоюзу, вытащит их из плена.

Четырехмесячный плен — прецедент. Возможно, немногих эта тема не трогает, ввиду отсутствия представления об условиях пребывания моряков на судне… Полагаю, большинство читателей уверены: моряки передвигаются по судну под неустанным надзором малоадекватных сомалийцев, но условия их пребывания в плавучей тюрьме сносные.

Да, неприятно под дулами автоматов жить. Да, трудно смириться с тем, что тебя могут пристрелить в любой момент. Но человек привыкает ко всему, и к такому существованию привыкнуть тоже можно.

Кроме того, рано или поздно у пленных возникает «стокгольмский синдром». Можно представить, как пираты угощают украинцев сигаретами, как они вместе глядят в ночное небо Сомали, и разучивают щедривки…

Но все иначе. Чтобы представить насколько иначе, следует пригласить в комнату площадью 12 метров 17 друзей, включить пару обогревателей и запереть двери.

Сомалийцы, дабы не обременять себя лишними хлопотами, попросту заперли моряков. Как скот в загоне. В душной, тесной двенадцатиметровой каюте граждане нашей страны живут четыре месяца.

Вернее, не живут, а существуют. И ждут, пока их освободят.

Украинские чиновники утверждают: переговоры проходят чрезвычайно сложно. Невозможно даже связь с кораблем наладить. Мол, это вопрос такой сложности, что решить его не под силу даже всем дипломатам Украины вместе взятым…

 

Головой в бетонную стену

 

Если в МИД Украины работают люди, не способные решить проблему по освобождению заложников, значит, нужно этих людей менять. А заодно и руководителей СБУ и Минобороны. Не можете сделать то, за что вам жалование платят — освободите место!

К этим требованиям присоединилось движение «Мы — Украина» — неформализованная группа людей, объединенных одним желанием — заставить чиновников работать. Эти простые люди и начали заниматься вопросом освобождения моряков — может быть абсурдная попытка пробить головой бетонную стену безразличия, молчания и ничегонеделания.

Мы хотели привлечь внимание прессы к проблеме. Хотели просто-напросто разбудить общество, считающее, что беда моряков с «Фаины» — личная проблема родных и близких пленников.

Мы решили организовать пресс-конференцию в УНИАН. За свои кровные арендовали зал, разослали пресс-релизы, пригласили экспертов. Не забыли также и о представителях МИДа, Минобороны и СБУ. Никто из дипломатов, равно как и силовиков, не пришел. Зато явился некто Муренко, но это отдельная история…

За день до мероприятия в УНИАН, в прессе появилась информация о том, что хозяин «Фаины» согласился повысить сумму выкупа пиратам, а родителям моряков стал названивать некто, представляющий интересы судовладельца.

Ввиду того, что фразы типа «вы не понимаете, во что ввязались», на убитых горем родных не действовали, звонивший вылетел в Киев. Утром в кафе на Крещатике родственники моряков подвергались массированной обработке. «Да пара дней осталась до освобождения! Вы не понимаете — давить на МИД нельзя», и все в таком роде.







  • В качестве первого заместителя председателя Комитета Верховной Рады по вопросам национальной безопасности и обороны Сергей Гриневецкий инициировал ряд законов и депутатских запросов, направленных на улучшение социальной защиты военнослужащих…>>>
  • Мы живем в самом прекрасном городе на земле — Одессе. Ее воспевают поэты и художники, им восхищаются гости города. Но есть еще Молдаванка и Ближние Мельницы, Ленпоселок и Бугаевка, другие микрорайоны, где не всегда из кранов идет вода, где улицы в дождь превращаются в бурные реки, где далеко не всегда есть то, что называют «благами цивилизации»…>>>
  • Здравоохранению нужен прозрачный механизм финансирования. Прежде всего, нужно определить четкий перечень гарантированных государством медицинских услуг, например, неотложную медпомощь и помощь на первичном уровне. Может быть, стоит найти новые механизмы финансирования здравоохранения…>>>
  • Украинский суд, как показывает практика, — не просто самый несправедливый в мире. Он еще и проявляет завидный правовой нигилизм. То есть сам суд, как бы призванный строжайшим образом следить за соблюдением законов, на эти же нормы закона банально плюет…>>>
  • Вступление в ЕС многим в Украине кажется сродни вхождению в Царство Божие. В то же время нынешний кризис, в который все глубже погружается европейская экономика, заставляет в этом усомниться. Особенно интересно для нас посмотреть на судьбу стран, которые вступили в ЕС сравнительно недавно…>>>