Час пик
Быстрый переход:




Оно выстрелит в любом случае смертельно | Страница 1




Их можно узнать сразу – даже если они ничего не клянчат и не пристраиваются умыкнуть плохо лежащее. На рынке, на улице – этих детей всегда отличает нечто, притягивающее взгляд. И дело вовсе не в лохмотьях и грязи – одежда может быть вполне приличной, лицо – умытым. Но то, как они двигаются, смотрят, говорят... Словно живут в другом, своем мире, где чувствуют себя взрослыми. Какая-то особенная печать на каждом из них, высвечивающая маленького человека из нашей толпы. Независимость одиночества. Беспризорники – слово с налетом прошлого. «Путевка в жизнь», Макаренко, «По приютам я с детства...» – страница в учебнике истории. Но восемьдесят лет назад мелкие советские граждане, которых отлавливали по подвалам, были самыми, что ни на есть круглыми сиротами. Революция, гражданская, хаос и разруха лишили их отца и матери. А сегодня?

Беспризорные дети... Что стоит за этими словами? Отсутствие крова, нормального питания, учебы? Ласковых материнских рук, мягких игрушек, любимой книги? Друзья-собутыльники, полицейские облавы, первый шприц с жидкой смертью? Всепоглощающая трясина бессилия или бесконечная свобода?

Банальная тема, но молчать – значит закрывать глаза, зная, что в эту самую секунду чьи-то маленькие ладошки просят милостыню, чтобы купить очередную пачку дешевеньких сигарет или, того хуже, отдать какому-нибудь наглому дяде-рэкетиру за тысячу восемнадцатое обещание оставить в покое.

Никто не знает сколько их. Но даже невооруженным глазом видно, что это огромная армия.

Улица – иллюзия независимости: деньги, веселая – «своя» – компания. Это – подрастающая рассада криминалитета, который, в отличие от государства, ухаживает за ней любовно и цепко. Недаром наш преступный мир «юнеет». В сущности, у нас этими детьми не занимается никто, кроме милиции (по долгу службы), служителей церкви (по службе), приходящих с проповедью в приемник, государственных служащих (исключительно по праздникам), зарубежных визитеров, которых, кстати, больше волнует строительство приюта для беспризорных собак в Одессе, чем для детей.

Слышали бы вы, что говорят сами дети, попадающие в «рекламируемые» нашей прессой приюты, в том числе и одесские, и постоянно сбегающие оттуда!

Не хочу никого порочить, но ни одного хорошего слова ни об одном приюте в Одессе я от этих детей не слышала, хотя выслушала добрых десятка два мальчишек и девчонок, которым просто давала по пару гривень на пирожки.

Они совершенно никому не нужны, или нужны как средство для тех, кто получает на их содержание благотворительную или государственную помощь!

Дети это чувствуют особенно остро, и потому бегут, бегут, бегут. В «своих» компаниях, в вентиляционных люках и теплотрассах, особенно зимой, превращающихся в детские ночлежки, они чувствуют себя лучше и защищеннее, чем в интернатах, приютах и детских домах.

Почему это так? Умные психологи и педагоги, сердобольные журналисты, социологи и диссертанты напишут для нас горы ненужных, не имеющих никакого практического и нравственного значения, ни к чему не призывающих, ничего не решающих статей и книг. И пишут, и защищаются. И блеют, пуская розовые слюни. Но – пустота в сердце, безучастие в глазах...

В одних только педагогических университетах по Украине (судя по интернету) только за год написано на эту тему более трех тысяч разного рода дипломных проектов и прочей околонаучной дребедени. И ведь ее авторы в большинстве своем цитируют выдержки из бесед с беспризорниками ради «научной весомости» выводов, совершенно не задумываясь над тем, что совершают нравственный грех, используя эти безответные существа в своих конкретных и практических целях!

А журналистские телевизионные и нетелевизионные публикации все чаще и чаще становятся оскорбительными для совести и нравственности одной только «постановкой кадра», душещипательными подробностями или «изюминками». Что дальше? А дальше – зачехлили камеру, спрятали авторучку – и забыли сразу же обо всех этих «Оливерах» и «Гекльберри Финнах», подаривших им сюжеты и, кстати, дневной журналистский заработок.








  • Наш город славен прекрасной архитектурой. Мы гордимся тем, что Одессу строили ведущие архитекторы прошлого. Но, увы, многие из этих зданий находятся в плачевном состоянии. Забота о культурном наследии Одессы всегда являлась приоритетом для Сергея Гриневецкого…>>>
  • Сергей Гриневецкий в своей деятельности уделяет особое внимание Придунавью. Еще в бытность С. Гриневецкого губернатором Одесской области, по его инициативе КМУ в 2004 году утвердил Комплексную программу развития Украинского Придунавья, которая обеспечивала качественное развитие региона. К сожалению, «оранжевое» руководство страны игнорировало интересы страны в Придунавье, и о Программе «забыли»…>>>
  • Лифты — проблема любого крупного города. К сожалению, неприятных, а порой и трагичных, ситуаций с лифтами становится все больше, и, по мнению С. Гриневецкого, этот вопрос заслуживает отдельного детального обсуждения…>>>
  • В нашей газете (№46(550) от 20 ноября 2011 года), мы уже поднимали тему противостояния Одесского городского совета, в лице фирмы «Варион» и фонда социальной защиты «Ветеран». Весь сыр-бор возник из-за помещений, выделенных городом под создание благотворительных столовых. Фирма «Варион», якобы как «новый арендатор» начала борьбу с «Ветераном», чья деятельность на протяжении многих лет, обеспечивала едой самых незащищенных и малоимущих Одессы…>>>
  • Неся бремя объективного аналитика и наблюдателя за нашей судебной системой, мы все чаще приходим к печальному выводу, что «черные мантии» — главные фигуранты в сомнительных делах, когда права человека растаптывают, буква закона попирается, а судебное решение несовместимо с понятием справедливости. «Раздутый миф» об «успехах» реформирования судебной власти является ярчайшим примером подлинного кощунства по отношению к праву в целом и его судебной системе, в частности. Классический тому пример — дело Н. Х. Кошура…>>>