Час пик
Быстрый переход:




Оно выстрелит в любом случае смертельно | Страница 1




Их можно узнать сразу – даже если они ничего не клянчат и не пристраиваются умыкнуть плохо лежащее. На рынке, на улице – этих детей всегда отличает нечто, притягивающее взгляд. И дело вовсе не в лохмотьях и грязи – одежда может быть вполне приличной, лицо – умытым. Но то, как они двигаются, смотрят, говорят... Словно живут в другом, своем мире, где чувствуют себя взрослыми. Какая-то особенная печать на каждом из них, высвечивающая маленького человека из нашей толпы. Независимость одиночества. Беспризорники – слово с налетом прошлого. «Путевка в жизнь», Макаренко, «По приютам я с детства...» – страница в учебнике истории. Но восемьдесят лет назад мелкие советские граждане, которых отлавливали по подвалам, были самыми, что ни на есть круглыми сиротами. Революция, гражданская, хаос и разруха лишили их отца и матери. А сегодня?

Беспризорные дети... Что стоит за этими словами? Отсутствие крова, нормального питания, учебы? Ласковых материнских рук, мягких игрушек, любимой книги? Друзья-собутыльники, полицейские облавы, первый шприц с жидкой смертью? Всепоглощающая трясина бессилия или бесконечная свобода?

Банальная тема, но молчать – значит закрывать глаза, зная, что в эту самую секунду чьи-то маленькие ладошки просят милостыню, чтобы купить очередную пачку дешевеньких сигарет или, того хуже, отдать какому-нибудь наглому дяде-рэкетиру за тысячу восемнадцатое обещание оставить в покое.

Никто не знает сколько их. Но даже невооруженным глазом видно, что это огромная армия.

Улица – иллюзия независимости: деньги, веселая – «своя» – компания. Это – подрастающая рассада криминалитета, который, в отличие от государства, ухаживает за ней любовно и цепко. Недаром наш преступный мир «юнеет». В сущности, у нас этими детьми не занимается никто, кроме милиции (по долгу службы), служителей церкви (по службе), приходящих с проповедью в приемник, государственных служащих (исключительно по праздникам), зарубежных визитеров, которых, кстати, больше волнует строительство приюта для беспризорных собак в Одессе, чем для детей.

Слышали бы вы, что говорят сами дети, попадающие в «рекламируемые» нашей прессой приюты, в том числе и одесские, и постоянно сбегающие оттуда!

Не хочу никого порочить, но ни одного хорошего слова ни об одном приюте в Одессе я от этих детей не слышала, хотя выслушала добрых десятка два мальчишек и девчонок, которым просто давала по пару гривень на пирожки.

Они совершенно никому не нужны, или нужны как средство для тех, кто получает на их содержание благотворительную или государственную помощь!

Дети это чувствуют особенно остро, и потому бегут, бегут, бегут. В «своих» компаниях, в вентиляционных люках и теплотрассах, особенно зимой, превращающихся в детские ночлежки, они чувствуют себя лучше и защищеннее, чем в интернатах, приютах и детских домах.

Почему это так? Умные психологи и педагоги, сердобольные журналисты, социологи и диссертанты напишут для нас горы ненужных, не имеющих никакого практического и нравственного значения, ни к чему не призывающих, ничего не решающих статей и книг. И пишут, и защищаются. И блеют, пуская розовые слюни. Но – пустота в сердце, безучастие в глазах...

В одних только педагогических университетах по Украине (судя по интернету) только за год написано на эту тему более трех тысяч разного рода дипломных проектов и прочей околонаучной дребедени. И ведь ее авторы в большинстве своем цитируют выдержки из бесед с беспризорниками ради «научной весомости» выводов, совершенно не задумываясь над тем, что совершают нравственный грех, используя эти безответные существа в своих конкретных и практических целях!

А журналистские телевизионные и нетелевизионные публикации все чаще и чаще становятся оскорбительными для совести и нравственности одной только «постановкой кадра», душещипательными подробностями или «изюминками». Что дальше? А дальше – зачехлили камеру, спрятали авторучку – и забыли сразу же обо всех этих «Оливерах» и «Гекльберри Финнах», подаривших им сюжеты и, кстати, дневной журналистский заработок.








  • Мы живем в самом прекрасном городе на земле — Одессе. Ее воспевают поэты и художники, им восхищаются гости города. Но есть еще Молдаванка и Ближние Мельницы, Ленпоселок и Бугаевка, другие микрорайоны, где не всегда из кранов идет вода, где улицы в дождь превращаются в бурные реки, где далеко не всегда есть то, что называют «благами цивилизации»…>>>
  • Наш город славен прекрасной архитектурой. Мы гордимся тем, что Одессу строили ведущие архитекторы прошлого. Но, увы, многие из этих зданий находятся в плачевном состоянии. Забота о культурном наследии Одессы всегда являлась приоритетом для Сергея Гриневецкого…>>>
  • Народный депутат Сергей Гриневецкий за период своей деятельности в Верховной Раде с ноября 2007 года подготовил и направил 88 депутатских запросов…>>>
  • Украинский суд, как показывает практика, — не просто самый несправедливый в мире. Он еще и проявляет завидный правовой нигилизм. То есть сам суд, как бы призванный строжайшим образом следить за соблюдением законов, на эти же нормы закона банально плюет…>>>
  • «Баксам» пророчат уход с первых ролей в мировой финансовой системе уже давно. А он живет, и, если и не процветает, то уж на поверхности держится точно. Но, за последние несколько месяцев в мире произошло несколько событий, которые, без сомнения, в той или иной степени, на его «плавучесть» действуют…>>>