Час пик
Быстрый переход:




У соседей — нефть и газ. А у нас?.. | Страница 1

Автор: Андрей Потылико




И это только начало

У большинства людей информация о том, что в Молдове есть нефть, поначалу вызывает лишь улыбку — мол, если бы она была, ее бы давно нашли и откачали. Но нефть в Молдове действительно есть, и ее действительно давно нашли. Причиной же, по которой ее давно не откачали, возможно, является прежний подход советской власти: дескать, если и считать месторождение таковым, то только тогда, когда его запасы исчисляются сотнями миллионов тонн.

Нельзя забывать, что Советский Союз не испытывал особой нужды в разработке малоизученных месторождений. При наличии гигантских запасов на территориях бывших союзных республик, можно было и не смотреть в сторону Молдовы!

В 1973 году поиски нефти здесь были официально закрыты. А в начале девяностых годов озеро Белеу вошло в состав заповедника «Prutul de Jos» — именно вблизи этого озера было пробурено наибольшее количество «удачных» скважин — с проявлениями нефти. Месторождение это получило название Валенское.

Вернулись к молдавской нефти в 1995 году — когда американская компания «Redeco» обратилась в правительство с просьбой предоставить ей возможность за свой счет и на свой риск взяться за разработку месторождении. В 1995‑98 годах американцы пробурили 10 новых скважин, но все они оказались пустыми. И поскольку разрабатывать Валенское месторождение им так и не позволяли, они на какое-то время свернули свою деятельность в Молдове, к тому же это также было связано и с внутренним кризисом в головной компании в США.

По данным «Redeco», за три первых года ее работы в Молдове в поиск нефти и газа ею было инвестировано около $10 млн. Столь высокая сумма объясняется и тем, что на том этапе работу осуществляли иностранные специалисты — из США, Венгрии, Румынии.

В настоящее время на Валенском месторождении действует 10 скважин — пять новых, пробуренных компанией « Redeco» в 2002‑2004 годах, и пять восстановленных из числа старых. В компании работает около ста человек, ни одного иностранца, причем большинство работников — из села Валены!

Как отмечают специалисты, молдавская нефть очень тяжелая (она даже не горит) и котировок на нее в мире нет. Тем не менее, на 10 процентов она уже способна обеспечить стране потребность в энергоресурсах. И это только начало.

Самое интересное, что, работая вблизи государственного заповедника, нефтедобытчики (а это на 100 процентов граждане Молдовы) больше пекутся о защите экологии, чем… представители власти. По словам представителя руководства компании Игоря Алейнова, текущий уровень добычи нефти, позволяет перечислять Кагульскому району порядка одного миллиона леев. Если объем добычи увеличится, то и отчисления будут больше.

— Если бы из этих денег, хотя бы пятую или десятую часть выделяли заповеднику, говорит Алейнов, — он бы не был в столь запущенном состоянии, как сегодня, а у его администрации было бы не только желание, но и возможности защитить его, ну, хотя бы от постоянных и многочисленных браконьеров. Ведь они каждое утро вылавливают из озера рыбу, причем, мелочь — она просто не успевает вырасти.

Люди, которые здесь живут, должны получить реальную пользу от того, что в их земле нашли и добывают нефть, — продолжает он, — И при этом нефть здесь можно будет добывать не так уж и долго — ну, двадцать, ну, тридцать лет. После этого вся техника из заповедника будет выведена, но за это время его можно будет благоустроить, развить и защитить — на средства от добычи нефти. Мы пытаемся объяснить людям и экологам: добыча нефти в Молдове — это явление временное, это не навсегда, и полученные средства нужно вкладывать в долгосрочные проекты, чтобы они приносили пользу всегда.

— Мы фактически за собственные средства создали новую для Молдовы отрасль — нефтедобыча и нефтепереработка — говорит Игорь Алейнов. — За все это время было инвестировано в эту отрасль порядка 14 миллионов долларов, и они дают ощутимую отдачу.







  • По просьбам одесситов мне неоднократно приходилось выступать с депутатскими обращениями по вопросам работы ЖКХ к органам власти, как центральным, так и местным. И вывод, к которому я пришел, очевиден. Главная задача — сформировать такие условия, когда коммунальные предприятия сами будут бороться за своего потребителя, стремясь предоставить ему качественные услуги…>>>
  • Законотворчество — основной приоритет деятельности депутата и одновременно главный итог его пятилетней деятельности в стенах парламента. У народного депутата Сергея Гриневецкого этот итог внушительный: 55 подготовленных законопроектов и 88 депутатских запросов (депутатский запрос — официальное требование народного депутата к органам власти, для направления которого требуется поддержка Верховной Рады)…>>>
  • «Безопасный город» — один из ключевых пунктов программы Сергея Гриневецкого. Являясь первым заместителем председателя Комитета Верховной Рады по вопросам национальной безопасности и обороны, он видит эту проблему как профессионал, системно, определяя ключевые факторы жизнеобеспечения города. Здесь и качество продуктов питания, и качество воды, и санитарная гигиена, и соблюдение ПДД...>>>
  • Ситуация с украинской нефтепереработкой напоминает известный стишок про десять негритят. Правда, на заре независимости полноценно работающих нефтеперерабатывающих заводов в Украине было не десять, а шесть, но сути дела это не меняет. Как и в случае с негритятами, НПЗ последовательно прекращают свою жизнедеятельность…>>>
  • Неся бремя объективного аналитика и наблюдателя за нашей судебной системой, мы все чаще приходим к печальному выводу, что «черные мантии» — главные фигуранты в сомнительных делах, когда права человека растаптывают, буква закона попирается, а судебное решение несовместимо с понятием справедливости. «Раздутый миф» об «успехах» реформирования судебной власти является ярчайшим примером подлинного кощунства по отношению к праву в целом и его судебной системе, в частности. Классический тому пример — дело Н. Х. Кошура…>>>