Далеко не вся Европа рукоплескала торжественным речам холеных министров и дипломатов, называвшим падение стены благом и победой демократии. Меньше всего радости это событие вызывает у граждан бывшей Югославии. Уже через год после объединения Германии на югославских землях вспыхнула череда кровавых конфликтов. Усилившаяся Германия выступила в качестве одного из инициаторов распада государства южных славян. Немецкие власти оказали полную поддержку сепаратистским устремлениям Словении и Хорватии, где сербы превратились в заложников политической ситуации. Германия, почувствовав силу, стремилась занять лидирующее положение в Европе, соперничая со своим давним конкурентом — Францией. Вот как описывает ситуацию Петр Искендеров — старший научный сотрудник Института славяноведения РАН: «Немцы исторически имели в этих югославских республиках прочные позиции. Германская разведывательная служба еще в 80 – е годы уверенно чувствовала себя в Словении, и особенно в Хорватии, одновременно спонсируя разнообразные националистические и экстремистские эмигрантские организации, постепенно встраивавшиеся во властные структуры в Загребе. В 1989 – 90 годах в Хорватию было направлено огромное число немецких советников, а также эмиссаров контролировавшихся Германией через неправительственные организации. Их деятельность привела к тому, что именно в Хорватии вспыхнули первые вооруженные столкновения на территории бывшей Югославии, которые посчитали преждевременными даже американские представители, также активно действовавшие на Балканах». Германия, испытавшая на собственной шкуре последствия разделов собственной территории, забыла исторические уроки толерантности, и приготовилась к мощной экспансии на Балканы. Хорватская и словенская элиты, чувствуя дипломатическую и финансовую поддержку Бонна, тут же воспользовались предлогом объявить о выходе из состава Югославии. «Германия при поддержке Ватикана уже на общеевропейском уровне пролоббировала немедленное признание независимости двух «молодых независимых государств». Примеру Загреба и Любляны последовало Сараево, на Балканах вспыхнули полномасштабные бои, НАТО получила долгожданный предлог для широкого развертывания своих сил на Балканах, а Германия стала играть ключевую роль в новой европейской геополитической архитектуре», — резюмирует П. Искендеров. В течение 20 лет, прошедших после падения Берлинской стены, интеграционные процессы на европейском континенте привели к появлению Европейского Союза. И хотя европейцы пытаются избавиться от назойливой опеки американских хозяев, им это плохо удается. Стоило Вашингтону издать боевой клич, как инфантильные европейцы тут же бросились с остервенением рвать многострадальную Сербию, засыпая ее ракетами и бомбами с обедненным ураном. Реальной независимости у стран Евросоюза нет, и это продемонстрировала не только югославская война. Ратификация Лиссабонского договора тоже наводит на некоторые размышления. Главный смысл Лиссабонского договора — сделать ЕС более управляемым, особенно перед лицом внешних угроз. Старая концепция суверенитета, основанная на идее о полной суверенности государств — наций, канула в Лету. В мире глобализации и бесспорного доминирования агрессивных англосаксов национальные государства не являются больше носителями высшего суверенитета. Пришло время «больших пространств», о чем прозорливо говорил юрист и геополитик К. Шмитт, т. е. время объединительных процессов, когда государства сливаются в блоки и союзы для того, чтобы с максимальной эффективностью справиться с вызовами настоящего времени. Однако договор урезает роль национальных государств и их суверенитет в пользу союза, что вызывает сопротивление отдельных держав. Те, кто больше всего разглагольствовал о праве наций на самоопределение и демократических принципах, вдруг взялись за сооружение властной вертикали европейского типа. Такие страны, как Польша, Чехия, Румыния, Венгрия, республики Прибалтики вынуждены теперь поделиться частью своего суверенитета. После ратификации множество вопросов в Совете ЕС будет решаться квалифицированным большинством, а не консенсусом, как это было ранее, в том числе иммиграционная и визовая политика, вопросы внешней политики и трудовой миграции. Немудрено, что не все рады такому повороту дел. Ирландцы одобрили договор лишь со второй попытки (вероятно, благодаря умелой пропаганде), швейцарцы предпочли не отказываться от своего нейтралитета, а президент Чехии Вацлав Клаус, закоренелый евроскептик, сопротивлялся до последнего, но вынужден был уступить. В тишине, наступившей после оглушительного празднества, отмечавшего на самом деле падение не Берлинской стены, а мира и уважения друг к другу, в самый раз критично осмыслить последствия этого гибельного «демократизма» на западный манер. Это он растерзал Югославию, вдохновил терроризм и уничтожил Ирак. Это он заставляет сегодня новоиспеченных адептов служить чужим интересам кровью собственных солдат, гибнущих в отдаленных уголках планеты за чужие же «идеалы».
В ночь на «Чистый четверг» свыше 30 тысяч населения недалеко от Одессы осталось без воды. Из-за изношенности канализационного коллектора, в прямом смысле рассыпавшегося под землей, город Южный оказался на грани техногенной катастрофы…