«Украина еще не избавилась от «афганского синдрома», ведь через Афганистан прошли более 160 тысяч украинцев. Если учесть членов семей ветеранов, то более миллиона украинцев связаны с Афганистаном. Афганистан для нас всех — не прошлое, а настоящее. Даже вопрос о вступлении Украины в НАТО, — он для нас проходит через Афганистан. И когда украинцам задается вопрос, хотят ли они в НАТО, то задается сразу другой вопрос: вы снова хотите воевать в Афганистане? И на этот вопрос мы отвечаем: «Нет!». И наша организация сделает все для того, чтобы ни один украинец снова не попал туда».
Валерий Аблазов, Украинский союз воинов Афганистана
«Наша авиационная эскадрилья отбомбилась тяжелыми фугасами. Рядом стоящий офицер разведотдела 40‑й армии толкнул меня в бок и говорит: «Сан Саныч, это ваша ночная работа?». Я тогда задумался: а что мы здесь делаем, и зачем убиваем этих людей?».
Спустя 21 год, сегодня, похоже, наше государство становится наследником далеко не лучших «традиций» СССР, поскольку проявляет интерес к этой по-прежнему горячей точке — лишь бы угодить натовским стратегам…
15 февраля 1989 года последняя колонна советских войск была выведена из Афганистана. Сегодня этот день отмечается у нас как День памяти воинов-интернационалистов. Погибших оплакали родственники, выжившие вернулись к мирной жизни. Но для некоторых это возвращение стало новым испытанием. Для многих афганцев война продолжается и после того, как смолкли орудия.
Афганский синдром
Воспоминания о пережитом в бою бывают настолько яркими, что, порой, кажутся реальнее окружающей жизни. Ученые называют это явление посттравматическим стрессовым расстройством. Журналисты — «афганским синдромом». По словам российского ученого, сотрудника лаборатории психологии посттравматического стрессового расстройства РАН, Всеволода Агаркова, синдром действует как бомба замедленного действия: «Он может проявиться через полгода после возвращения с войны, а может дать о себе знать через десятки лет, — говорит он. — От этого синдрома страдают до четверти всех ветеранов». Людей с этим диагнозом преследуют кошмары. Они мешают уснуть, мучают ночами и будят рано утром. Иногда кошмары приходят днем. Психологи называют это явление «флэшбэк». Человеку начинает казаться, что он снова там, на войне. Ощущение это настолько сильное, что связь с реальностью практически утрачивается. Посттравматическое расстройство проявляется также в стремлении избегать ситуаций, подобных тем, которые человек пережил на войне. Например, побывавшие под бомбежкой часто зашторивают окна, боятся выходить на улицу. Но от стрессового расстройства страдают не только сами ветераны, а и их друзья и особенно родственники. Тем более что и мирная жизнь не приносит покоя. И дело здесь не в наших вечных «негараздах», к которым украинское общество основательно привыкло, а совершенно в другом. Негативное отношение общества к военным действиям той поры теребит старые раны. Как утверждают медики, «происходит вторичная травматизация». Поэтому люди с посттравматическим стрессовым расстройством нуждаются в психологической помощи. И такая помощь может понадобиться им даже спустя много лет после окончания войны.
Война была «чужой», но это не умаляет подвига
27 декабря 1979 года, под утро, начался штурм дворца Амина силами мусульманского батальона и спецподразделений Советской Армии. В тот момент ввод войск превратился в конкретную военную операцию под названием — война в Афганистане (по крайней мере, для тех, кто там был), которая длилась до 15 февраля 1989 года, то есть, 9 лет 1 месяц и 20 дней. Всего за весь период войны в боевых действиях на территории Афганистана участвовало 620 тысяч солдат и офицеров Советской Армии и около 300 тысяч обслуживающего состава — медработники, специалисты, советники и другие. Погибли 14500 человек.
ВИДЕО. Интервью газете «Час пик» лидера партии «Социалистический Народный Фронт» (Литва) Альгирдаса Палецкиса, оправданного литовским судом по делу об «отрицании советской агрессии» (текстовая версия будет опубликована позднее): часть 1, часть 2.
