|
Мы никуда не идем. Значит, пришли…
Автор: Владислав Гулевич
Мы являемся свидетелями конца истории культуры, в которой доминировали религии книг и книжников. Элиты возникающей ныне культуры воспитываются на понятиях, которые имеют самое далекое отношение к любым известным в истории культурам.
«Суверенитет» и «национальные интересы» нынешним форматом желудочно-кишечной драматургии не предусмотрены…
Культура, как известно, не бизнес. Если кто-то утверждает, что и на ней делаются деньги, он ошибается. Деньги делают как раз на бескультурье, что нам, увы, и приходится наблюдать на наших телеэкранах и в концертных залах.
Вся наша цивилизация ускоренно избавляется от духовности и идейности, приобретая взамен только материалистические выгоды, которые чаще всего и выгодами-то можно назвать весьма условно: большое состояние не гарантирует от большого одиночества, а красоту человеческих чувств купить нельзя. «Центр тяжести» — снаружи, или гибель культуры В свое время Шопенгауэр как-то заметил, что такие люди развиваются не в глубину, а в длину. Их жизнь медленно перетекает от одного вида сомнительных развлечений к другому. В наших современных условиях — от одной «тусовки» — к другой, от одного азартного увлечения — к другому в постоянном поиске внешних раздражителей. Интересна этимология слова развлечение. Есть понятие влечения, когда человек нацелен на что-то одно, на нем концентрирует свое внимание и к нему стремится. Раз — влечение имеет почти противоположный смысл. Человек не знает, на чем ему сосредоточиться. Его праздный ум увлечен в разные стороны, он хочет раз — влечься и забыться, самоустранившись от забот или глубоких мыслей. В этом нет ничего предосудительного, если погоня за развлечениями не превращается в самоцель. В противном случае, предаваясь только наслаждениям, человек забывает о высших ценностях. «Центр тяжести» души таких людей находится снаружи, и они не выносят одиночества, наедине со своими мыслями. Они пребывают в постоянном поиске партнеров по развлечениям. Подобно тому, как зимой в толпе каждый согревает друг друга физическим теплом, люди, стремящиеся к бесполезным и шумным кампаниям, ищут тепла душевного, которое им не могут дать их серые мысли. Благо для них, что к этому располагает «уровень» теперешней культуры. …Когда — то мы были самой читающей нацией в мире. Почти в каждом доме на книжных полках стояли томики Толстого, Есенина, Герцена, Грибоедова, Салтыкова — Щедрина. Теперь в руках у читающей молодежи журнальчики со скабрезными материалами и фотографиями девиц в откровенных позах. Современная литература утратила образовательную функцию, превратившись в пошлое описание дешевых забав. Столь же дешевые детективчики и любовные романы заменили собою классику и научную литературу. Желтая пресса формирует вкус обывателя, низводит его интеллектуальный уровень до смешных пределов, когда все потребности человека можно описать пятью словами. С литературой умирает язык. Он упрощается, превращаясь в лексикон Эллочки-людоедки из романа Ильфа и Петрова. Грамотная, хорошо поставленная речь становится редкостью. Ее заменил полуграмотный говор, где нет места падежам и правильным склонениям. Жаргон уголовных элементов превратился в норматив для всех: от пролетариев — до представителей интеллигенции. Повсеместное распространение получает явление диглоссии — как параллельного сосуществования двух вариантов языка, которая была описана еще греческим писателем и филологом Иоаннисом Психарисом (для диглоссии характерно функциональное разделение языков на высокий, который применяется в религии, науке, образовании, книжно-письменной культуре, и низкий, являющийся «удобным» в бытовой речи и письменности и «низких жанров»).
Свежий номер /№6(561) 5 февраля 2012 года/. Тематика:
|
