|
Дружба не «за», а «против»
Автор: Владислав Гулевич (с польского перевод автора)
Варшава обеспокоена гипотетической возможностью улучшения украино-российских отношений, что для Польши, как регионального лидера, означает политическую смерть.
Польские интеллектуалы сокрушаются, что Польша не может предложить «ближнему» Востоку никакого привлекательного цивилизационного проекта. Но это не мешает им продолжать руководствоваться в своей политике идеями польского мессианства.
Что бы там ни говорили, но смена власти в Украине воспринята на Западе с облегчением. Но, как ближайший наш сосед, особенно пристальным взглядом всматривается в нас Польша. Отношения между Киевом и Варшавой при Ющенко имели разнонаправленный характер. С одной стороны, поляки выступали в качестве адвоката «оранжевых» на международной арене. С другой — угождая своим западноукраинским избирателям, Ющенко окончательно испортил эти отношения присвоением наград карателям ОУН‑УПА, виновным в гибели тысяч поляков. Но, даже не смотря на это, Варшава продолжала поддерживать Ющенко — как антироссийский проект Запада. Исторически Польша, будучи зажатой между могущественной Германией и огромной Россией, видела рецепт своего политического выживания в ослаблении обоих противников. На этом строилась польская политика в течение сотен лет, но в ХХ веке она претерпела качественные изменения. С момента создания Евросоюза Польше не имело смысла нагнетать истерию в польско-германских отношениях. А со вступлением Польши в ЕС поднимать эту тему стало нельзя, тем более что Варшава отныне целиком и полностью зависима от своих могущественных хозяев. Польские геополитики середины ХХ века аллегорически называли Польшу проклятым местом Европы, намекая на неудачное геополитическое положение их страны между русскими и немцами, словно между молотом и наковальней. Не повезло, мол, нам, полякам, с местоположением нашей страны: с запада немцы, с востока русские. Адольф Бохенский, польский геополитик, даже написал книгу «Между Германией и Россией», посвященную геополитическим реалиям своего государства. И с теми, и с другими у поляков отношения никак не складывались. Такое положение навсегда похоронило идею построения польской империи, т.к. слабой Варшаве было не по плечу тягаться с такими тяжеловесами, как Германия и Россия. Но идея польского мессианства осталась жива. Именно она делает активной политику Польши на восточном направлении — то, что сами поляки называют «польской судьбой». Т. е., Варшава, никогда и ни при каких обстоятельствах, не будет смотреть пассивно в восточном направлении. Напротив, только при помощи активной и динамичной политики поляки смогут обеспечить запас выживаемости тому «проклятому месту Европы», где им выпала судьба жить. Польская геополитическая мысль называет земли за своими восточными рубежами Востоком. И делит этот Восток на «дальний» и «ближний» (по аналогии с нашим дальним и ближним зарубежьем). Для поляков Восток «дальний» — это Россия и Средняя Азия. Восток «ближний» — государства, расположенные между Россией и Польшей. Это — Украина, Белоруссия и страны Прибалтики. В последнее время к «ближнему» Востоку польское экспертное сообщество относит также Грузию, Армению и Азербайджан. На протяжении всей истории существования государства все польские политики и правители подчеркивали необычайную значимость для Польши именно «ближнего» Востока. Больше всего в Польше опасаются возможного слияния Востока «ближнего» с «дальним», что представляется им как кошмар. С исчезновением геополитического понятия «ближнего» Востока ознаменуется образование Востока «дальнего», только в увеличенном размере, который подойдет непосредственно к польским границам. Поэтому и в наши дни, несмотря на национализм Ющенко, Варшава, скрепя зубы, продолжала «дружить» с Украиной. Только это была не дружба «за», а дружба «против» — против России. И смена режима в Киеве заставила польских экспертов выступить с некоторыми прогнозами относительно дальнейших отношений между Киевом и Варшавой.
Свежий номер /№6(561) 5 февраля 2012 года/. Тематика:
|
