Час пик
Быстрый переход:




Мигранты выбирают Одесщину | Страница 2

Автор: Андрей Потылико






По словам Полины, корейцев в Измаиле немного (даже приблизительную цифру она назвать не смогла), и своего национально-культурного общества или другой подобной организации у них нет. Тем не менее, они регулярно общаются на рынке и, конечно же, поддерживают связь друг с другом на уровне обычных человеческих контактов: вместе гуляют на свадьбах, отмечают праздничные даты.

Валерий Дю, коллега Полины по Центральному рынку, живет в Измаильском районе уже двадцать третий год. Перебравшись в Придунайский край из Узбекистана, его семья поселилась в Старой Некрасовке. Как и большинство корейских мигрантов, покинувших Среднюю Азию в поисках лучшей доли, родня Валерия занялась земледелием — выращиванием преимущественно арбузов и лука. Мой собеседник вспоминает, что поначалу переселенцам было очень тяжело — случился неурожай. Они хотели уехать, но не было денег. Пришлось остаться в Старой Некрасовке, и начать все сначала. Но и следующий урожай не оправдал надежд… Куда деваться? Критическая ситуация вынудила иммигрантов проявить чудеса упорства: на протяжении многих лет они снимали жилье, арендовали землю и продолжали попытки закрепиться на новой родине. Лишь за первые годы жизни в селе семья Дю сменила пять домов: если хозяевам что-то не нравилось, они выгоняли квартирантов.

Так продолжалось 12 лет. Однако терпение и труд все перетрут: за это время маленькая корейская община Старой Некрасовки смогла не только наладить хозяйство, но и заработать денег на покупку собственных домов. Сам Валерий теперь живет в Измаиле, но большинство его родственников осталось в селе. Они прочно пустили корни в эту землю, которая сначала оказалась такой негостеприимной, но затем, все же, расщедрилась и вознаградила трудолюбивых чужестранцев за все усилия и лишения.

 

Из Средней Азии — в Придунавье

 

Судьба 63‑летней кореянки Людмилы Ким из Старой Некрасовки — это индивидуальное отражение общей судьбы ее соплеменников, которые в 1937 году по приказу Сталина были депортированы с советского Дальнего Востока в Казахстан и республики Средней Азии. С тех пор и продолжаются мытарства репрессированного народа: десятки тысяч корейцев разъехались по всему Советскому Союзу, а после его распада — по странам СНГ. Одна из последних волн корейской миграции была спровоцирована горбачевской перестройкой, после которой в Средней Азии резко обострились межнациональные отношения.

— При Союзе мы жили неплохо, — рассказывает Л. Ким. — Я двадцать лет проработала экономистом на тракторном заводе в Ташкенте, но потом меня сократили. Пробовала заниматься торговлей на рынке, однако к тому моменту в Узбекистане началась дискриминация по национальному признаку. Например, на оптовых вещевых базах узбекам отпускали товар по одной цене, а русским и корейцам — по другой, втридорога. Возникали проблемы и на религиозной почве — возрождался ислам, и ко всем «неверным» коренные жители стали относиться более агрессивно. В 1995 году мы с мужем уехали на заработки в Уссурийский край, но муж там внезапно умер. Мне пришлось вернуться в Ташкент, а затем переехать в Измаильский район, где уже жили мои родители, брат и сестра. Они обрабатывали землю и выращивали арбузы. Деньги добывались и добываются тяжелым трудом, и все-таки здесь легче заработать, чем в Средней Азии. Да и люди тут относятся к нам лучше.

У Людмилы Ким — трое взрослых детей. Одна из дочерей — в Ташкенте, другая живет с матерью и торгует в Измаиле корейской морковкой, сын работает в Одессе, в суши-баре. Несмотря на видимое благополучие, пожилая женщина жалуется: дети до сих пор не могут получить украинское гражданство (есть только вид на жительство). Они добросовестно прошли соответствующую пятилетнюю процедуру, оформили в Киеве все необходимые документы, дождались передачи этих документов в паспортный стол Измаильского ГО ГУМВД, однако там дело застопорилось по причине обычной бюрократической волокиты. По словам кореянки, из-за отсутствия гражданства в первую очередь пострадал сын: окончив экономический факультет Измаильского института водного транспорта, он не смог найти работу по специальности, — вот и подался в одесский «общепит».







  • По просьбам одесситов мне неоднократно приходилось выступать с депутатскими обращениями по вопросам работы ЖКХ к органам власти, как центральным, так и местным. И вывод, к которому я пришел, очевиден. Главная задача — сформировать такие условия, когда коммунальные предприятия сами будут бороться за своего потребителя, стремясь предоставить ему качественные услуги…>>>
  • Еще в 2006 году Сергеем Гриневецким была выдвинута идея разработки Государственной программы спасения и развития одесских лиманов — Хаджибеевского, Куяльницкого, Большого Аджалыкского, Аджалыкского и Тилигульского. Этот проект получил самую широкую поддержку со стороны ученых, экологов, общественности…>>>
  • Выборы в местные советы должны проходить стопроцентно по мажоритарным округам. Особенно это стало понятно сейчас…>>>
  • В иные времена о таких людях писали очерки, потому что на них земля наша держится — не на «дерзких» и «сильных», с ярко выраженным «хватательным» инстинктом, а на таких вот «незаметных» тружениках и труженицах, тихо делающих свое дело, и так же незаметно создающих общественные блага… Поклониться бы ей — за это ее чистое и светлое служение обществу. Так нет же! Именно по этому — самому драгоценному — и был нанесен жестокий и страшный удар…>>>
  • Статистика для того и создана, чтобы ее искажать в угоду чьим-то интересам. И если бы это была только одна проблема у судебной власти, мы бы жили в правовом государстве, или… (как там его называет наша Конституция?)! Однако, на самом деле у нас такой ворох проблем в судейской системе, что с ними уже никакая реформа не справится, и ни один человек. Во всяком случае, этот «ворох» только разрастается и разрастется, но решать проблемы по существу никто на самом деле не берется…>>>