Час пик
Быстрый переход:




Реформы дают деньги и работу, а не отнимают и то, и другое… | Страница 2

Автор: Михаил Борисов, Преподаватель ОНУ им. Мечникова, Игорь Корытнюк, учитель






Но и Столыпин бы содрогнулся, услышав о свободном рынке земли.

Нет в современном цивилизованном мире таких стран, где свободно продаются плодородные поля. Только две страны сегодня с маниакальной настойчивостью идут к такому безумию. Это сконцентрировавшая на своей территории треть (!) мирового чернозема Украина и ее богатая землями соседка Россия, где стыдливо предлагают не продавать иностранцам землю хотя бы вдоль границ.

Объединяет наши страны еще одно драматическое явление. Украина и Россия находятся в первой десятке стран мира (из 223‑х) по уровню смертности. Возможно, с этим и связано необъяснимое здравым смыслом стремление руководства наших стран продать отечественную землю сейчас — потому что завтра украинцев на ней не останется и земля достанется жаждущим просто даром.

Тысячу лет описанной истории наш народ знал только одну форму землевладения — общинную. И следует признать, что уже на рубеже XIX-XX веков община стала тормозить развитие экономики страны и даже препятствовать ему.

Почему? Земля в общине делилась между семьями по числу едоков. Если численность семьи сокращалась, то уменьшался и земельный надел семьи. Но община решала не только земельные вопросы. Община решала, что делать с урожаем; решала, кому чем заниматься, в частности, кому разрешить поехать в город, а кому жениться.

Не удивительно, что из общины, в первую очередь, стремились выйти наиболее трудолюбивые и успешные хозяева, не желавшие бесконечно кормить дармоедов и тунеядцев. Всего с 1906 по 1916 годы из общины вышло 2,5 млн. домохозяйств, составивших 26 процентов общего их количества, что с домочадцами (а в семьях было по 5‑7 детей!) составило минимум 25 млн. человек. В Полтавской и Бессарабской губернии общины исчезли вообще.

Всего заявлений на выход из общины к 1916 году было подано до 3,3 млн. домохозяйств (35%), составивших минимально 33 млн. человек в 130‑миллионной России. Все эти люди, благодаря реформам Столыпина, стали собственниками земли, получили «подъемные» для переселения и ведения хозяйства на новых землях. То есть, все они получили средства как для строительства или обустройства своих жилищ и хозяйственных построек, так и для приобретения необходимого оборудования и инвентаря под развитие интенсификации производства продуктов сельского хозяйства. Мы уже не говорим о том, что крестьяне стали свободно пользоваться кредитными ресурсами банков либо без процентов, либо под минимальные проценты.

В научной литературе и публицистике, однако, бытует мнение о провальности аграрной реформы Столыпина, о том, что якобы она была экстенсивной, ощутимых результатов не дала, что крестьяне разорились на выкупе земли, а после убийства Столыпина реформа была практически свернута.

Достаточно простой арифметики, чтобы показать лживость таких обвинений. Миф об ущербности столыпинских реформ развеивается данными о росте сбора хлеба в России. Если с 1906 года по 1913‑й посевные площади в стране благодаря реформе увеличились на 14 процентов (гигантский рост!), то сбор зерна за это время, опять-таки, благодаря реформе, увеличился на 40 процентов — с 4 млрд. пудов до 5,6 млрд. При этом, заметно возросла стоимость сельхозорудий, приходящихся на одно хозяйство (двор), а потребление минудобрений выросло за эти годы с 8 до 20 млн. пудов, т. е. в 2,5 раза.

В 1906‑1912 годах производство и импорт сельхозтехники в России выросли на 340 процентов (в 4,4 раза). Причем в местах переселения вооруженность сельского хозяйства оказалась выше, чем в европейской России.

Напомним, что право переселения было предоставлено с 1906 года всем желающим без ограничений. Переселенцы получали деньги на переезд, переезжая не на «авось», а на заранее присмотренное место. Помимо безвозмездных субсидий на обустройство переселенцев (тех самых «подъемных» денег), правительство также безвозмездно выделяло средства на медицинское обслуживание и образование переселенцев, на прокладку дорог и развитие инфраструктуры.







  • Мы живем в самом прекрасном городе на земле — Одессе. Ее воспевают поэты и художники, им восхищаются гости города. Но есть еще Молдаванка и Ближние Мельницы, Ленпоселок и Бугаевка, другие микрорайоны, где не всегда из кранов идет вода, где улицы в дождь превращаются в бурные реки, где далеко не всегда есть то, что называют «благами цивилизации»…>>>
  • Малиновский район — не только колоритная Молдаванка, Промзона с крупнейшими предприятиями или типовая застройка «Черемушек». Это и пять поселков — Ленпоселок, Дзержинка, Сахарный — окраины, где жизнь отличается от ритма «большого города». Находясь в стороне от главных магистралей и оживленных улиц, не так заселенные, как спальные районы — эти места зачастую обделены вниманием властей…>>>
  • Через пять дней после принятия этого Закона, Верховная Рада, снова по инициативе Сергея Гриневецкого приняла Заявление «Безъядерному статусу Украины — реальные гарантии»…>>>
  • Украинский суд, как показывает практика, — не просто самый несправедливый в мире. Он еще и проявляет завидный правовой нигилизм. То есть сам суд, как бы призванный строжайшим образом следить за соблюдением законов, на эти же нормы закона банально плюет…>>>
  • Вступление в ЕС многим в Украине кажется сродни вхождению в Царство Божие. В то же время нынешний кризис, в который все глубже погружается европейская экономика, заставляет в этом усомниться. Особенно интересно для нас посмотреть на судьбу стран, которые вступили в ЕС сравнительно недавно…>>>