Час пик
Быстрый переход:




Лес рубят… «Щепкины» летят... | Страница 3

Автор: Александр Кумбарг






В то же время есть прецеденты излишней распространенности названий. Хорошо, например, что не додумались трогать Гагарина. Но, пожалуй, уж слишком много его для одного-то города. Хорошо, что есть улица проведшего детство в Одессе Василия Кандинского. Но еще и пять переулков в придачу (раньше на их месте было пять Ульяновских переулков) — это уже перебор. Наверное, какой-то фанат художника до такого додумался. По несколько названий в честь Льва Толстого, Амундсена, академиков Вильямса и Курчатова, маршала Толбухина… При всем уважении к этим людям — не многовато ли для Одессы иметь несколько урбанонимов, связанных с одним лицом? Или вот один из предводителей Великой французской революции «друг народа» Марат очень широко представлен улицей и двумя переулками. А «8 марта» «празднуется» на 6 улицах, 9 переулках и 1 спуске. Называть именем одного человека или события больше одной «географической точки» на карте города — это, очевидно, «вже занадто».

 

Топоанархия

 

Сегодня на улицах города благополучно процветают какая-то топографическая анархия, хаотичность, несуразицы. Вернулось былое, или появились новые имена, но и десятилетиями используемые советские названия тоже не стерлись — ни из памяти, ни из уличных табличек. Судя по запечатленному на них, у многих улиц де-факто два названия. Например, на улице, которая ныне зовется Пишоновской, сначала написано, что она ул. Ковалевского, затем, на номерах 23, 25 начинается Пишоновская, но дом номер 30 уже снова расположен на Ковалевского. Аж в справочнике «Вся Одесса» от 2006 года запутались. Новым там значится — Ковалевского, а старым — Пишоновская. И подобных нестыковок, когда рядом расположены дома под разными «лейблами», множество. Многие из читающих эти строки могут привести свои примеры несуразицы… Вопрос: зачем менять названия, если все равно висят прежние вывески, порождающие немало казусов. Результат: кто как хочет, тот так и называет. В том числе, — и во многих официальных «бумажках». Тем более, что на некоторых «магистралях» вообще днем с огнем никакие таблички не разыщешь.

Стоит ли после этого удивляться, что далеко не все одесситы знают, какие названия (в соответствии с современными директивами «партии и правительства») носят улицы, где они проживают. Ведь на сессии и исполкомы горсовета, где меняются топонимы, «простой народ» не ходит. А другие средства оповещения тоже не задействуются. Если телевизор вовремя не включил, в Интернет не заглянул, газету не открыл, то... можно и дальше какое-то время пребывать в неведении.

Знакомый, живущий на улице Пилотной (бывшая — 40‑летия ВЛКСМ) рассказывал, что и через несколько лет после смены названия, продолжал думать, что живет на ВЛКСМ-ной улице. Узнал о глобальных изменениях довольно случайно. Когда вдруг решил пойти на выборы. На избирательном участке увидел табличку с незнакомым «нэймом».

А, может, разумнее оставлять несколько названий? И обозначать их на табличках. Новшество могло бы стать городским «ноу-хау» — этакой одесской достопримечательностью — войти в путеводители по городу и привлекать внимание туристов. Это, скорее, в качестве шутки. Хотя… в некоторых городах-странах… вот, например, в Париже (в ХIХ-начале ХХ вв. Одессу нередко сравнивали с Парижем, находя примеры сходства, аналогий) часто можно увидеть на улицах сразу несколько вывесок, расположенных одна под другой. Многие улицы поменяли свои названия после тамошней революции, но и удалять старые имена тоже не стали. Кроме того, был период, когда местные чиновники изменили мнение о высоте расположения табличек. Старые, однако, снимать не стали, а новые привинтили сверху.

Также далеко не все одесские горожане ведают, в честь кого названы улицы, на которых они проживают. Тем более, что некоторые имена вообще малоизвестны. А профессия или должность «имядателя» улицы часто не указывается. Вы знаете, скажем, кто такие Мария Демченко, Демьянов, Гладков? Вероятно, стоит подумать об информационных досках (сейчас таковые редко встретишь) или о других способах популяризации.







  • «Заработная плата — мерило уважения, с которым общество относится к данной профессии». Возможно, этот афоризм американской активистки движения за социальные права в США Джонни Тиллмон и справедлив для стран с развитой рыночной экономикой, но в украинских реалиях он вряд ли найдет подтверждение на практике…>>>
  • Изношенные сети — это проблема не только Одессы. Она уже давно обрела масштаб национального бедствия…>>>
  • Мы живем в самом прекрасном городе на земле — Одессе. Ее воспевают поэты и художники, им восхищаются гости города. Но есть еще Молдаванка и Ближние Мельницы, Ленпоселок и Бугаевка, другие микрорайоны, где не всегда из кранов идет вода, где улицы в дождь превращаются в бурные реки, где далеко не всегда есть то, что называют «благами цивилизации»…>>>
  • Страсти кипят вокруг главной отечественной сиделицы. Восторженные фанаты исступленно требуют ей свободы. Того же домогаются зафрахтованные зарубежные борцы за демократию в Украине. Даже циклические изменения в самочувствии VIP-заключенной ставятся в вину «преступной власти»… На самом же деле циркачам и шоуменам нашей общественной жизни глубоко безразличны права человека, его свободы и сама свобода. Если, конечно, это не касается их самих и их подельников…>>>
  • Статистика для того и создана, чтобы ее искажать в угоду чьим-то интересам. И если бы это была только одна проблема у судебной власти, мы бы жили в правовом государстве, или… (как там его называет наша Конституция?)! Однако, на самом деле у нас такой ворох проблем в судейской системе, что с ними уже никакая реформа не справится, и ни один человек. Во всяком случае, этот «ворох» только разрастается и разрастется, но решать проблемы по существу никто на самом деле не берется…>>>