Час пик
Быстрый переход:




Нынешняя Закарпатская область некогда носила свое исконное имя — Угорская или Карпатская Русь | Страница 1

Автор: Петро Роженко




Когда речь заходит о некогда мощном карпато-русском течении, охватившем в XVII-XIX веке практически всю Червонную Русь (неологизм «Западная Украина» появится гораздо позже), в первую очередь вспоминают о жутких репрессиях, которым подвергали карпато-русский народ австрийцы, венгры и поляки, и практически никогда не упоминается роль Чехословакии в подавлении карпато-русского движения.

Нынешняя Закарпатская область Украины некогда носила свое исконное имя — Угорская или Карпатская Русь. Долгие годы в ней хозяйничали венгры, которые проводили политику жестокой мадьяризации не только русских (или, как их еще называли, карпатороссов или русинов), но и других национальных меньшинств — словаков, евреев, чехов. Шандор Петефи, национальный поэт Венгрии, считал национальные меньшинства язвами на теле государства. При этом он сам происходил из мадьяризированных словаков. Но Будапешт вместе с Веной потерпели поражение в Первой мировой войне. 4 июня 1920 года по Сен-Жерменскому договору Карпатская Русь была отобрана у венгров и присоединена к Чехословакии. Переход из венгерского владычества в соседнее государство братьев-славян вселил в русинов надежды на улучшение своего положения. Но судьба их обманула. Прага принялась настойчиво, капля за каплей, выдавливать остатки русскости из Карпатской Руси.

«Карпатская Русь в чешском ярме» — пространная статья одного из лидеров карпато-русского движения Алексея Геровского, внука Адольфа Добрянского, выдающегося сподвижника Русской идеи в Угорской Руси в те времена, когда она находилась под пятой Будапешта. Впитав от деда любовь к русской изящной словесности, к русскому православию и русской культуре, Алексей, как и его брат Георгий, навсегда остались верны Русской идее. Поэтому ему было небезразлично положение русинов под властью Праги. Будучи одним из зачинателей Карпато-русского союза, русинской патриотической организации в США, куда А. Геровскому пришлось переехать, опасаясь преследований чехословацких властей, он посетил Карпатскую Русь и ужаснулся тому положению, в котором находилось местное русское население.

Согласно Сен-Жерменскому договору, русинам была гарантирована широкая автономия в составе Чехословакии. Но, как отмечает А. Геровский, «пражское правительство не исполнило ни одного пункта договора, и в 1938‑м году, после девятнадцати лет, у нашего народа не было никакой автономии. Вдобавок, он был разорван на две части. В восточной части хозяйничали чехи по своему усмотрению, а в западной части, на Пряшевщине, — словаки. В обеих частях русский народ не только не имел тех особенных прав, которые ему были гарантированы, но он имел меньше прав, чем все другие народы республики. Русские были на последнем месте, за немцами, за мадьярами и за евреями. Все эти народности имели больше прав, чем русский народ, и с ними обращались гораздо лучше, чем с нашим русским народом».

Прага взяла пример с Варшавы и принялась проводить политику чехизации и словакизации русинского населения. «Карпатская Русь была наводнена чешскими чиновниками, в руках которых было все: администрация, суды, железные дороги, школы, и все богатства края… в августе 1938‑го года, в Карпатской Руси было десять тысяч чешских чиновников. Эти чиновники не владели русским языком, и знать его не хотели. Их цель была чехизация русского края. Карпатская Русь была для них колонией», — ужасался А. Геровский, указывая, что «к оплате чешских чиновников, служивших в Закарпатье, присчитывалась специальная, так называемая колониальная приплата… На железнодорожных вагонах нигде не было русских надписей. Были только чешские и немецкие. На линии Мукачево-Воловец русские кондукторы изготовили на свои деньги русские надписи «Для курящих» и «Для некурящих». Чешское начальство приказало им снять эти надписи и пригрозило им увольнением со службы».

Поразительно, но чехи гордились своим знанием мадьярского или немецкого языков, оставшиеся им в наследие от австро-венгерского владычества. Карпатороссов же они тираническими методами принуждали разговаривать исключительно по-чешски, в крайнем случае, по-украински.







  • Мы живем в самом прекрасном городе на земле — Одессе. Ее воспевают поэты и художники, им восхищаются гости города. Но есть еще Молдаванка и Ближние Мельницы, Ленпоселок и Бугаевка, другие микрорайоны, где не всегда из кранов идет вода, где улицы в дождь превращаются в бурные реки, где далеко не всегда есть то, что называют «благами цивилизации»…>>>
  • В нашей стране самый высокий уровень налогов на заработную плату, из-за чего предпринимателю просто невыгодно показывать ни количество работающих, ни их легальную зарплату…>>>
  • Здравоохранению нужен прозрачный механизм финансирования. Прежде всего, нужно определить четкий перечень гарантированных государством медицинских услуг, например, неотложную медпомощь и помощь на первичном уровне. Может быть, стоит найти новые механизмы финансирования здравоохранения…>>>
  • В иные времена о таких людях писали очерки, потому что на них земля наша держится — не на «дерзких» и «сильных», с ярко выраженным «хватательным» инстинктом, а на таких вот «незаметных» тружениках и труженицах, тихо делающих свое дело, и так же незаметно создающих общественные блага… Поклониться бы ей — за это ее чистое и светлое служение обществу. Так нет же! Именно по этому — самому драгоценному — и был нанесен жестокий и страшный удар…>>>
  • «Баксам» пророчат уход с первых ролей в мировой финансовой системе уже давно. А он живет, и, если и не процветает, то уж на поверхности держится точно. Но, за последние несколько месяцев в мире произошло несколько событий, которые, без сомнения, в той или иной степени, на его «плавучесть» действуют…>>>