Час пик
Быстрый переход:




Сергей Кургинян: «Российско-украинские отношения: от ситуативной прагматики к полноценной стратегии» | Страница 13

Автор: «Завтра»






Но объединение элит никогда не происходит «просто так». Объединяясь, приходится чем-то делиться. Суверенитетом, властью, собственностью. И мучительно договариваться о позициях и «квотах решающих голосов» во всех этих важнейших сферах.

Делиться элитам никогда не хочется, и объединяются они только перед лицом общих вызовов и угроз. То есть при острой — причем именно взаимной! — нужности. Тогда элиты договариваются и объясняют своим народам как содержание этих вызовов и угроз, так и преимущества, которые дает объединение.

Сегодня в мире, так или иначе, пытаются объединяться почти все. И дело в том, что во все времена независимый государственный субъект (то есть страна, достаточно автономная в смысле самообеспечения жизненно важными ресурсами и способная за себя постоять в военной, экономической и политической конкуренции) должен был иметь минимальную «критическую массу». Включая количество населения, масштабы контролируемой территории с ее природными ресурсами, а также наличие технологий конкуренции с другими субъектами.

Три тысячи лет назад, при тогдашнем уровне технологий, средств транспорта и т. д., независимой в указанном выше смысле могла быть страна с населением несколько миллионов человек и территорией греческого Пелопонесса. В начале ХХ века минимальным «условием независимости» было население страны в 40‑50 миллионов человек.

А к началу XXI века таким условием стало население в 400‑500 миллионов человек. И эта цифра — не чье-то идеологическое измышление, а постоянно обсуждаемый в мировой науке факт. Причина — во взрывном повышении экономической, политической, информационной, технологической и т. д. «связности» мира. В той самой глобализации. Сегодня — прежде всего экономической глобализации, в условиях которой конкурентоспособность определяется размерами контролируемого страной рынка, то есть количеством потенциальных покупателей производимого товара.

В экономической теории это «на пальцах» объясняют эффектом повышения ценовой конкурентоспособности за счет увеличения масштабов производства. Не случайно авторы концепции Евросоюза подчеркивали, что хотят создать общий рынок с объемом спроса в 400 миллионов человек. И не случайно в мировых рейтингах конкурентоспособности, которые составляют международные организации и рейтинговые агентства, страны и альянсы разделяют на группы с разным количеством населения (например, до 10 млн. чел., до 100 млн. чел, более 100 млн. чел). Иначе их просто невозможно сравнивать.

Но в нынешнем мире, начинающем угрожающе бурлить конфликтами, населением определяется не только экономическая конкурентоспособность. При малом населении невозможно собрать «независимый» научно-инженерный потенциал, обеспечивающий возможность создания высоких (в том числе, военных) технологий, невозможно накопить инвестиционный ресурс для реализации крупных проектов, невозможно собрать бюджет, позволяющий содержать качественное образование, здравоохранение, систему социальной защиты, а также создать и вооружить эффективную армию.

В этих условиях все серьезные мировые элиты понимают, что эпоха конкуренции в духе «ничего личного, только бизнес», — кончается. Начинают это понимать и российские, и украинские элиты. Не все, но начинают понимать.

И тогда приходит осознание, что между нашими странами, недавно бывшими частями единой (сначала царской, а затем советской) империи, — слишком много «личного», и этим нельзя пренебрегать. Приходит воспоминание, что эту империю создавали, обустраивали, обороняли вместе, что она — общая, и что от этого наследства глупо отказываться. Что в это общее наследство входят единый язык общения, очень близкий менталитет, единый исторический опыт, гигантский массив человеческих (семейных и дружеских), технологических, производственных, научных, культурных, религиозных и прочих связей, которыми пробрасываться преступно.







  • В качестве первого заместителя председателя Комитета Верховной Рады по вопросам национальной безопасности и обороны Сергей Гриневецкий инициировал ряд законов и депутатских запросов, направленных на улучшение социальной защиты военнослужащих…>>>
  • «Заработная плата — мерило уважения, с которым общество относится к данной профессии». Возможно, этот афоризм американской активистки движения за социальные права в США Джонни Тиллмон и справедлив для стран с развитой рыночной экономикой, но в украинских реалиях он вряд ли найдет подтверждение на практике…>>>
  • Лифты — проблема любого крупного города. К сожалению, неприятных, а порой и трагичных, ситуаций с лифтами становится все больше, и, по мнению С. Гриневецкого, этот вопрос заслуживает отдельного детального обсуждения…>>>
  • В нашей газете (№46(550) от 20 ноября 2011 года), мы уже поднимали тему противостояния Одесского городского совета, в лице фирмы «Варион» и фонда социальной защиты «Ветеран». Весь сыр-бор возник из-за помещений, выделенных городом под создание благотворительных столовых. Фирма «Варион», якобы как «новый арендатор» начала борьбу с «Ветераном», чья деятельность на протяжении многих лет, обеспечивала едой самых незащищенных и малоимущих Одессы…>>>
  • Сознание человека в обществе потребления, блокирует любую информацию, в которой не заложен элемент материальной прибыли, проще говоря, «бесплатно размышлять» никто уже не будет, а вот за деньги, такие люди, согласны будут размышлять в любом указанном направлении. «Бухгалтерское мышление» — так удачно назвала этот феномен президент Литвы Даля Грибаускайте, разрушает общество, а ведь общество — это фундамент государства…>>>