Час пик
Быстрый переход:




Сергей Кургинян: «Российско-украинские отношения: от ситуативной прагматики к полноценной стратегии» | Страница 14

Автор: «Завтра»






И в Москве, и в Астане, и в Минске, и в Киеве начинается осознание того, что если объединить население и рынки, то, конечно, 400 миллионов человек не будет, но примерно 220 миллионов наберется, а это уже немало. Плюс природные ресурсы. Плюс научно-инженерный потенциал. Плюс технологические цепочки и производственные связи. Плюс почти нулевые культурно-психологические барьеры и единый язык общения… Плюс неплохо образованная рабочая сила со сравнительно невысокими потребительскими запросами… Да ведь почти нигде в мире таких конкурентных преимуществ, вроде бы, и нет!

Конечно, осознание всего этого происходит трудно. И дело, прежде всего, не в исторических счетах имперской (в том числе, советской) эпохи.

Дело и в той самой «тактической прагматике» элит («только бизнес, и ничего личного»), которая на постсоветском пространстве была знаменем прошедшего двадцатилетия, и которая пока вовсе не избыта.

Дело и в том, что как для российских, так и для украинских элит признать необходимость интеграции — значит поставить под сомнение весь свой наработанный за 20 лет политический капитал: правильность решения о развале СССР и обретении «независимости».

Дело и в том, что за интеграцию надо платить, и платить много. Воссоздавать сложнее, чем разрушать. Воссоздавать придется с отчетливым пониманием, что процесс «развода» уже зашел — особенно на Украине — далеко. И что слишком уж цивилизованным этот развод с обеих сторон — и российской и украинской — назвать нельзя. Воссоздавать придется с пониманием, что снова становиться в позицию «хитрого торга» или коммерческого «выкручивания рук» — неконструктивно. Что это — при соотнесении газовых прибылей/убытков отдельных «хозяйствующих субъектов» в 3‑4 млрд. долл. в год с гигантскими экономическими, геополитическими и прочими потерями от разрыва отношений — в прямом смысле слова глупо и непрагматично.

При этом нужно честно осознавать, что и внутреннее сопротивление в обеих республиках («только бизнес»), и внешнее сопротивление — будут очень мощными. США — при любых администрациях — признают справедливость давнего тезиса Збигнева Бжезинского о том, что независимая антироссийская Украина является главной гарантией невозможности воссоздания сильной «имперской» России. Европе, при всех ее противоречиях с США, нужны слабая Украина и слабая Россия как послушные сырьевые и производственные придатки экономики ЕС.

Но… в российско-украинских отношениях уже близок своего рода «последний рубеж» взаимного доверия. Начиная с которого конфликтный процесс разрывов приобретет почти необоримую собственную инерцию. И начнет взрывать не только ныне существующие острые проблемы, но и фундаментальные основы совместного исторического бытия.

А это будет предательством всего, что наши народы веками собирали и нарабатывали вместе. Единого, сложнейшим образом перемешанного в своей многоэтничности, народа. Огромной совместно освоенной территории. Общей науки и великой культуры, общего духовного поля, прорывных достижений в высших технологиях. А одновременно и неизбежно — всех позиций в мире, которые у «самопредателей» всегда отбирают. Иногда сразу, иногда — постепенно и чуть позже.

Если происходит катастрофа разрыва между Россией и Украиной, оба наши народа предают и теряют еще и то главное, невыразимое в рублях, гривнях и долларах, наследство единой исторической судьбы, которое нам доверили наши деды и прадеды и которое мы обязаны передать внукам и правнукам.

Все это — наше общее наследство. Но Россия несколько веков была главным собирателем великой страны. Справедливо объявив себя ее наследником и правопреемником — и политически, и дипломатически (в том числе, в статусе постоянного члена Совета Безопасности ООН), Россия взяла на себя главную ответственность. И потому с нас за это наследство — особый, высший спрос.

Так будем ли спасать наследство?

Ясно, что восстановить фундамент любой полноценной Большой стратегии — доверие и предсказуемость, которые усиленно взрывали два десятилетия, — очень непросто.

Но Большая стратегия требует именно этого. Эпоха надежд на то, что, развалив СССР, его осколки благополучно войдут в «мировую цивилизацию» (то бишь, в Европу) завершилась. Политическая практика «независимости» уже показала, что «мировая цивилизация» готова принимать в себя постсоветских кандидатов лишь в качестве «дойных коров».

Поодиночке быть успешными, да и просто политически и экономически выжить в нынешнем погружающемся в безумие глобальном мире, крайне проблематично. Других (вне СНГ) предложений к объединению ни у России, ни у Украины не просматривается.

А тогда… есть ли альтернативы Большой стратегии реинтеграции?







  • В качестве первого заместителя председателя Комитета Верховной Рады по вопросам национальной безопасности и обороны Сергей Гриневецкий инициировал ряд законов и депутатских запросов, направленных на улучшение социальной защиты военнослужащих…>>>
  • Лифты — проблема любого крупного города. К сожалению, неприятных, а порой и трагичных, ситуаций с лифтами становится все больше, и, по мнению С. Гриневецкого, этот вопрос заслуживает отдельного детального обсуждения…>>>
  • Через пять дней после принятия этого Закона, Верховная Рада, снова по инициативе Сергея Гриневецкого приняла Заявление «Безъядерному статусу Украины — реальные гарантии»…>>>
  • Представителям Фемиды из Приморского райсуда Одессы мы посвятили не одну публикацию. Причем, как догадывается читатель, эти публикации были отнюдь не из самых приятных. Но, увы, «маємо те, що маємо». Причем, как правило, это — тотальное нарушение закона, с которым мы сталкиваемся всякий раз, чем и вызвано обилие наших публикаций…>>>
  • Дальнейшая судьба погибающего порта Рени покрыта мраком полной неопределенности. Такой вывод напрашивается после отчета, с которым выступил на коллегии Ренийской райгосадминистрации начальник порта Сергей Строя…>>>