Час пик
Быстрый переход:




В аду плена, лагерей, оккупации | Страница 3

Автор: Виталий Орлов, преподаватель ОНУ им. Мечникова






Остатки защитников Севастополя, как уже говорилось, попали в плен. После этого начались скитания по лагерям и тюрьмам: сначала Симферопольская тюрьма, потом Славутский пересыльный лагерь для военнопленных (возле Шепетовки). Начались пытки, допросы, избиения и насилие. В конце адского пути 536 узниц загнали в вагоны и отправили в Германию. Пока ехали, Клем, будучи самой молодой и опытной, начала сколачивать вокруг себя физически и психологически крепких узниц, готовых к борьбе.

В пересыльном лагере города Зольст к ним добавили еще каких-то узниц. То были политически ненадежные немки. Все они предназначались для работ на военном заводе. Но Клем провела нужную работу и все 536 женщин отказались! За это всем был вынесен смертный приговор — Равенсбрюк.

Прибыв в лагерь, Клем сразу развернула подпольную борьбу среди женщин разных национальностей. Первое, что сделала Евгения Лазаревна, заставила всех изучить немецкий язык, так как сама она им владела в совершенстве. Женщины придумали, как поддерживать связь с внешним миром: они себя несерьезно ранили, чтобы попасть в лазарет, где также работали женщины — это были немки, заключенные в лагерь как антифашисты. Они рассказывали Клем о радиопередачах, новостях, умудрялись передавать немецкие газеты.

Вместе с остальными женщинами из санчасти они организовали подпольную группу. Каждую субботу на дверях выставлялся караул, все остальные садились ужинать, и тогда Клем рассказывала о том, что узнавала извне: положение на фронтах, о героях, освободительной борьбы, и т. д. По воспоминаниям женщин, под руководством Е. Клем проводился саботаж: узницы ломали станки, портили инвентарь, сыпали песок в моторы, заливали воду в бензин и другое топливо. Например, в ткацкой мастерской было даже соревнование, кто меньше за смену соткет. Но за это все жестоко наказывали.

Особенно героически держались женщины в лазарете. Под постоянным наблюдением они, тем не менее, спасали своих подруг от так называемых «розовых карточек» — на ликвидацию. Они меняли фамилии в списках (живых и мертвых), добывали медикаменты для больных. Женщины из других стран также организовывали свои подпольные группы. Как-то немцы пришли по спискам забирать узниц для отправки в Майданек, Клем сначала написала протест начальнику лагеря, но тот не ответил. Когда немцы пришли забирать внесенных в списки, то узницу № 17426 (Зоя Лепина) они не нашли. Весь 32 блок выгнали на плац. 500 узниц промаршировали как на параде и пели песню. Комендант начал орать, спрашивать, кто говорит по-немецки, и Клем ему ответила, тот схватился за кобуру. Но Клем даже не моргнула. Вы не имеете права так обращаться с людьми согласно Женевской конвенции, сказала ему Клем. Лагерь загудел. Мы требуем отмены отправки в Майданек.

Комендант… отменил отправку, это было почти восстание. Клем и других бросили в карцер. Лепину нашли в одном из блоков, где ее прятали, дали двадцать плетей и тоже отправили в карцер. 30 апреля 1945 г. наши войска освободили узниц Равенсбрюка, которые под руководством Евгении Лазаревны встречали их красным флагом.

С 1945 года наша героиня работала в пединституте им. Ушинского, преподавала историю и методику, руководила педпрактикой студентов. Последние годы тяжело болела. Ноги, болевшие еще с первой мировой войны, совсем отказали. Умерла героиня 3 сентября 1953 года.

 

Старшина Дубинда

 

В ночь с 21 на 22 октября 1941 года командиром одного из катеров, на котором подплывали к Григорьевке десантники, был Павел Дубинда, служивший старшиной на крейсере «Червона Украина». В ту памятную ночь Дубинда и его катер совершили несколько рейсов. Смелые и решительные действия старшины Дубинды были отмечены личной благодарностью капитана 1 ранга С. Г. Горшкова — будущего Главкома ВМФ СССР.

После гибели крейсера «Червона Украина» от бомб германской авиации старшину 2‑й статьи П. Дубинду направили в 8‑ю отдельную бригаду морской пехоты Черноморского Флота, оборонявшую Севастополь. В июле 1942 года Дубинда был ранен, контужен и попал в плен. Его отправили в николаевский концентрационный лагерь, но там Павел пробыл недолго — при первой же возможности он сбежал. Добрался до одного степного села, где жил его знакомый. Но знакомый выдал его эсэсовцам. И снова — лагерь, издевательства, каторжный труд. На этот раз с моряка не спускали глаз. Его заставили работать на судостроительной верфи в Николаеве. Однако мысль о побеге не оставляла Павла.







  • Есть вопросы регионального уровня, которые тоже надо решать, но опять же, они из региональных должны переходить в общегосударственные…>>>
  • Совершенно очевидно, что действующая система управления дает очень серьезные пробуксовки, очень много бюрократии. И «его величество бюрократ» — он становится почвой для коррупции и барьером в диалоге власти и населения…>>>
  • Здравоохранению нужен прозрачный механизм финансирования. Прежде всего, нужно определить четкий перечень гарантированных государством медицинских услуг, например, неотложную медпомощь и помощь на первичном уровне. Может быть, стоит найти новые механизмы финансирования здравоохранения…>>>
  • В нашей газете (№46(550) от 20 ноября 2011 года), мы уже поднимали тему противостояния Одесского городского совета, в лице фирмы «Варион» и фонда социальной защиты «Ветеран». Весь сыр-бор возник из-за помещений, выделенных городом под создание благотворительных столовых. Фирма «Варион», якобы как «новый арендатор» начала борьбу с «Ветераном», чья деятельность на протяжении многих лет, обеспечивала едой самых незащищенных и малоимущих Одессы…>>>
  • Неся бремя объективного аналитика и наблюдателя за нашей судебной системой, мы все чаще приходим к печальному выводу, что «черные мантии» — главные фигуранты в сомнительных делах, когда права человека растаптывают, буква закона попирается, а судебное решение несовместимо с понятием справедливости. «Раздутый миф» об «успехах» реформирования судебной власти является ярчайшим примером подлинного кощунства по отношению к праву в целом и его судебной системе, в частности. Классический тому пример — дело Н. Х. Кошура…>>>