Час пик
Быстрый переход:




Перед нами народ, чье безусловное право было грубо нарушено! | Страница 2

Автор: Ксения Мяло, публицист и писатель





* * *
Как и в других республиках, весь контекст его принятия изобиловал обличениями «империи», «великодержавного шовинизма», невыносимых страданий, в данном случае, молдавского народа под «русским игом» (напомню, что Молдавия, как и Грузия, неоднократно обращалась к России с просьбой о защите и покровительстве) и прочего в том же роде. Так же, как и в других республиках, мгновенно оказались дискриминированными представители всех других народов — нередко веками проживавших на территориях, в советский период ставших наделенными особыми правами (вплоть до записанного в Конституции права на отделение) союзными республиками. Резче всего новые законы о языках ударили, конечно, по русским, но и не только. Именно тогда появились дискриминированные «русскоязычные», то есть те, кто, не будучи по национальности русскими, считал родным русский язык, либо свободно пользовался им в общении с представителями «титульных» национальностей и с «титульными» властями.

Таким оказался отложенный эффект произвола, допущенного при создании советской федерации, с заложенным в ее основание принципом неравноправия народов, без всякого даже подобия их свободного волеизъявления разделенных на «титульные» и «не титульные». Со всеми вытекающими отсюда правовыми и политическими следствиями. То, что сказались эти следствия не сразу, в огромной мере было обусловлено действием выработанных в ходе последующей истории Советского Союза механизмов амортизации разрушительного потенциала, имманентно присущего такому типу федерализма. Однако потенциал этот не был устранен в ту пору, когда для того существовали благоприятные возможности, и после 1985 года заработал с нарастающей энергией. В большинстве союзных республик началось стремительное утверждение этнократических режимов, которым советское руководство не сумело или не захотело противостоять; а сами законы о языках оказались чрезвычайно эффективным инструментом утверждения этнократии.

В Молдавии же этот общий процесс принял особо резкий, более резкий, чем даже в Прибалтике, откровенно агрессивный характер.

Во-первых, потому, что первые же — и очень грубые — попытки распространить действие Закона от 31 августа 1989 года на никогда не входившее в состав ни одного из молдавских княжеств левобережье Днестра сразу натолкнулись на жесткое общественное сопротивление. А во-вторых, потому — и это до сих пор мало кем осознается в России, — что в Молдавии, в силу сложной специфики этого региона, дискриминированной оказалась большая часть самой «титульной» нации. То есть молдаван, народа с двоящейся идентичностью, разрываемого двумя несовместимыми ориентациями: «латинской» (в политике выражающей себя как прорумынская) и «восточной», точнее, восточнославянской (в политике выражающей себя как пророссийская).

Зримое воплощение это противостояние в конце 80‑х годов минувшего века получило в остром (и на сей раз именно внутримолдавском) конфликте вокруг вопроса о замене традиционной для молдавского языка кириллицы на латиницу. В сущности, на новом витке истории и в еще более болезненной для молдавского культурно-исторического самосознания форме произошло возвращение той драмы, о которой известный молдавский поэт Алексей Матиевич писал в начале ХХ века: «Присоединение Бессарабии к России оказалось спасительным актом как для молдавского языка, так и для молдавского богослужения. К началу XIX века за Прутом началось пробуждение национального самосознания, которое, неся на знамени ту идею, что румыны являются потомками римлян и преемниками их доблести, приняло благодаря увлечению этой идеей крайне странные выражения, приведшие в конце концов к уничтожению национальных особенностей жизни и языка… Стремясь создать из румынского какой-то новолатинский язык, латинизаторы беспощадно выбрасывали из него веками укоренившиеся славянские и греческие элементы, заменяя их латинскими, а в случае невозможности — итальянскими и в особенности французскими… Молдавские богослужебные книги были оставлены и забыты». Но «от этой трагедии национального быта и богослужения Бессарабия была избавлена Россией, к которой она перешла к 1812 году».







  • Сергей Гриневецкий в своей деятельности уделяет особое внимание Придунавью. Еще в бытность С. Гриневецкого губернатором Одесской области, по его инициативе КМУ в 2004 году утвердил Комплексную программу развития Украинского Придунавья, которая обеспечивала качественное развитие региона. К сожалению, «оранжевое» руководство страны игнорировало интересы страны в Придунавье, и о Программе «забыли»…>>>
  • Выборы в местные советы должны проходить стопроцентно по мажоритарным округам. Особенно это стало понятно сейчас…>>>
  • Имея выгодное географическое положение, самую протяженную среди Черноморских стран длину береговой линии и морских границ, развитую сеть портов, автомобильных и железных дорог, серьезный научный и образовательный потенциал для развития морской отрасли в целом, Украина значительно ослабила свои позиции в Черноморско-Азовском регионе и других регионах Мирового океана…>>>
  • Страсти кипят вокруг главной отечественной сиделицы. Восторженные фанаты исступленно требуют ей свободы. Того же домогаются зафрахтованные зарубежные борцы за демократию в Украине. Даже циклические изменения в самочувствии VIP-заключенной ставятся в вину «преступной власти»… На самом же деле циркачам и шоуменам нашей общественной жизни глубоко безразличны права человека, его свободы и сама свобода. Если, конечно, это не касается их самих и их подельников…>>>
  • «Баксам» пророчат уход с первых ролей в мировой финансовой системе уже давно. А он живет, и, если и не процветает, то уж на поверхности держится точно. Но, за последние несколько месяцев в мире произошло несколько событий, которые, без сомнения, в той или иной степени, на его «плавучесть» действуют…>>>