Час пик
Быстрый переход:




Перед нами народ, чье безусловное право было грубо нарушено! | Страница 5

Автор: Ксения Мяло, публицист и писатель






Других юридических актов, конституирующих Молдавию в том виде, в каком она существовала, начиная с этой даты, просто-напросто нет. Но именно этот, единственный, был объявлен незаконным самим Верховным Советом ССР Молдова, утвердившим «Заключение Комиссии Верховного Совета Республики Молдова по политико-юридической оценке Советско-Германского договора о ненападении и Дополнительного секретного протокола, а также их последствий для Бессарабии и Северной Буковины».

Таким оказался, в этом исторически всегда подвижном регионе, резонанс решения Съезда народных депутатов СССР о создании комиссии по расследованию — что, в контексте 1989‑1990 годов, несомненно, означало осуждение — и самого Договора («Пакта»), и его «последствий», под которыми в Республике Молдова, равно как и в республиках Балтии, подразумевалось включение их (конечно же, насильственное) в состав «империи», что по определению не могло дополнительно не легитимировать и без того записанное в действующей Конституции право на отделение. Да и сама эта перемена имен (равно как и переименование Восточной Европы в Центральную, о котором не без удовольствия напоминает З. Бжезинский в своей последней книге) уже была исполнена значения, тем более ускользавшего от понимания основной части партийно-советского аппарата, коль скоро он не сумел оценить политического смысла поднятого на щит вопроса о языках и — в Молдавии — смены графики, тогда как смысл этот был понятен здесь каждому крестьянину, скорее всего, и не знавшему слов «ментальность» и «идентичность».

Об утверждении именно румынской идентичности говорило и переименование Молдавии в Молдову, прямо намекавшее уже не только на 1940, но и на 1812 год, когда Бессарабия вошла в состав Российской Империи, тогда как Молдова, исторически нерасторжимая с ней, в 1859 году стала интегральной частью европейского государства — Румынии.

Для продолжения исторического бытия Молдавии и молдаван теперь оставалась одна территория — та самая, которую Антонеску хотел превратить в Транснистрию. И к чести руководства ПМР, как и подавляющей части немолдавского населения непризнанной республики, они, несмотря на допущенный по отношению к этой земле произвол в 1940 году, пошли на то, чтобы, считаясь с новой реальностью, сохранить в названии новорожденного государства определение «Молдавская», как и флаг бывшей МССР. Конечно, свою роль в таком решении сыграло и то, что первоначально ПМ ССР (таково первое название ПМР) надеялась быть принятой в СССР, построенный как союз национальных республик. Однако даже после того, как все ее попытки остаться в составе единого государства были отвергнуты, а потом исчезло и само это государство, вопрос ни о перемене имени, ни о перемене символики не поднимался. Что достаточно много говорит о прочности сложившейся здесь полиэтничной, безальтернативно ориентированной на Россию общности, так легко решившей роковой вопрос о языках: статус государственного получили все три, представляющие три основные группы населения, — русский, молдавский, украинский.

А не будь этой прочности, вряд ли бы республика сумела достойно выдержать надвигавшиеся на нее жестокие испытания.







  • В начале 90‑х, когда начинались реформы, нас уверяли в том, что «рынок все решит». Но рынок не решил…>>>
  • «Заработная плата — мерило уважения, с которым общество относится к данной профессии». Возможно, этот афоризм американской активистки движения за социальные права в США Джонни Тиллмон и справедлив для стран с развитой рыночной экономикой, но в украинских реалиях он вряд ли найдет подтверждение на практике…>>>
  • Нужно искать новую эффективную модель, чтобы не превращать райадминистрации в отделы по переписыванию бумаг… Стране нужна дальнейшая реформа власти, в первую очередь, власти на местах…>>>
  • Представителям Фемиды из Приморского райсуда Одессы мы посвятили не одну публикацию. Причем, как догадывается читатель, эти публикации были отнюдь не из самых приятных. Но, увы, «маємо те, що маємо». Причем, как правило, это — тотальное нарушение закона, с которым мы сталкиваемся всякий раз, чем и вызвано обилие наших публикаций…>>>
  • Если у вас захотят отнять жилье, не имея на то убедительных и документально подтвержденных оснований, совсем не обязательно, что вас защитит суд. Может случиться и наоборот: суд примет в производство дело, не имея никаких оснований для возбуждения производства. И вы проиграете в этом неправедном суде. А того факта, что судья наплевал и на ваши права, и на саму букву закона, никто не заметит. Ни в апелляционной инстанции, ни в Высшем суде. Называется это одним именем — произвол. Но это — не просто реалии наших будней. Это — «картинка с натуры»… >>>