Час пик
Быстрый переход:




Наша разведка рождалась двести лет назад, перед нашествием Наполеона | Страница 1

Автор: Виталий Саражин, полковник запаса




Приближается 200‑летие величайшего события в жизни всех народов Российской Империи — Отечественной войны 1812 года, которую с уверенностью можно назвать и Первой Великой Отечественной. К сожалению, у многих из нас до сих пор бытует мнение, что агрессия Наполеона стала неожиданностью для Александра Первого. Но, как свидетельствует история, Александр и его министры были достаточно хорошо осведомлены о приготовлениях Франции к войне. И во многом это стало возможно благодаря работе первого официального органа российской военной разведки, 200‑летие которой 8 февраля отмечали многие разведчики на территории бывшего СССР.

 

Наполеон знал толк в разведке

 

Война началась задолго до того, когда три роты наполеоновской легкой пехоты светлой июньской ночью 1812 года переправились на правый, «русский», берег Немана. Война уже шла. Шла в тиши кабинетов военных министерств, за столом дипломатических переговоров; о военных приготовлениях сообщалось в донесениях секретных политических и военных агентов обеих сторон.

Политическая подготовка к кампании 1812 года была спланирована Наполеоном в двух параллельных направлениях — разведывательном и дипломатическом. Наполеон создает два центра сбора военно-политической информации в России. Первый — в Варшаве, под руководством французского резидента в герцогстве Варшавском аббата Л. П. Биньона. Этот центр подчинялся министерству иностранных дел и занимался в основном политической разведкой — перлюстрацией писем, опросами купцов, путешественников, допросами пленных и дезертиров, сбором агентурных данных о строительстве русских приграничных крепостей, дорог, депо и т. д. Агентура Биньона действовала главным образом в западных губерниях России — в Белоруссии, на Украине, в Прибалтике.

Второй центр создается в Гамбурге при штаб-квартире маршала Л. Н. Даву с филиалом в Данциге, где размещался штаб генерала Ж. Раппа. Оба эти военно-разведывательные бюро занимались преимущественно военным шпионажем.

В 1811 году в целях систематизации данных политической и военной разведки при МИД Франции был создан специальный информационно-статистический отдел во главе с опытным разведчиком Л. д'Идевилем, долгое время до этого служившим при французских миссиях в Пруссии и России и свободно владевшим немецким и русским языками (что было большой редкостью среди наполеоновского «нового дворянства»).

Известно, что Наполеон никогда не жалел денег на разведку. Но при подготовке к войне с нами он особенно расщедрился. Только по секретной статье на «подкуп иностранцев» в бюджете МИД Франции с 1810 года отпускалось от 3 до 5 млн. франков. Из этих же фондов Наполеон субсидировал как штатных, так и «приглашенных» агентов. Однако чаще всего в качестве разведчиков Франции в Россию засылались польские и немецкие негоцианты, гувернеры, домашние учителя и т. д.

Огромные усилия прилагала наполеоновская разведка для того, чтобы завербовать себе агентов из числа генералов и офицеров русской армии. В начале 1812 года один из резидентов при посольстве Франции в Петербурге составил даже список-анкету на 60 русских генералов (среди них были М. И. Кутузов, М. Б. Барклай-де-Толли, М. А. Милорадович, Д. С. Дохтуров, П. А. Тучков, М. С. Воронцов и др.), но при этом отметил, что ни один из них на предательство Отечества не пойдет.

 

Первые военные агенты

 

Не дремали и у нас. Военный министр М. Б. Барклай де Толли в 1810 году доложил российскому Императору соображения о необходимости наращивания усилий по сбору сведений о французской армии. Его предложения были одобрены, и при Военном министерстве была создана Секретная экспедиция. Сотрудники Экспедиции занимались рассылкой указаний и просьб военного министра командующим русскими армиями и главам дипломатических миссий. До 1810 года организованной службы военной разведки у нас не существовало. Обычно накануне какой-либо кампании со специальными миссиями под видом дипломатических курьеров или «путешествующих по частным надобностям» направлялись в тыл противника отдельные лица для сбора военных сведений. Нередко эти «частные лица» становились легкой добычей наполеоновской контрразведки.







  • По просьбам одесситов мне неоднократно приходилось выступать с депутатскими обращениями по вопросам работы ЖКХ к органам власти, как центральным, так и местным. И вывод, к которому я пришел, очевиден. Главная задача — сформировать такие условия, когда коммунальные предприятия сами будут бороться за своего потребителя, стремясь предоставить ему качественные услуги…>>>
  • Еще в 2006 году Сергеем Гриневецким была выдвинута идея разработки Государственной программы спасения и развития одесских лиманов — Хаджибеевского, Куяльницкого, Большого Аджалыкского, Аджалыкского и Тилигульского. Этот проект получил самую широкую поддержку со стороны ученых, экологов, общественности…>>>
  • Безопасность горожанина касается не только чрезвычайных ситуаций…>>>
  • Представителям Фемиды из Приморского райсуда Одессы мы посвятили не одну публикацию. Причем, как догадывается читатель, эти публикации были отнюдь не из самых приятных. Но, увы, «маємо те, що маємо». Причем, как правило, это — тотальное нарушение закона, с которым мы сталкиваемся всякий раз, чем и вызвано обилие наших публикаций…>>>
  • Статистика для того и создана, чтобы ее искажать в угоду чьим-то интересам. И если бы это была только одна проблема у судебной власти, мы бы жили в правовом государстве, или… (как там его называет наша Конституция?)! Однако, на самом деле у нас такой ворох проблем в судейской системе, что с ними уже никакая реформа не справится, и ни один человек. Во всяком случае, этот «ворох» только разрастается и разрастется, но решать проблемы по существу никто на самом деле не берется…>>>