Час пик
Быстрый переход:




Никто не забыт, ничто не забыто | Страница 2

Источник: Марина Бровкина






А Минаенко сообщает любимой, что жизнь его спокойная и скучная. Солдат явно бережет свою Марию, не описывая ей ужас войны, в котором он оказался. Именно такие слова — спокойные и щадящие — могли помочь выстоять женщине, оставшейся с младенцем на руках в военное лихолетье.

Внук Николая Минаенко Сергей волнуется, письмо дрожит в его руках. Вместе с женой они внимательно всматриваются в поблекшие буквы на листке бумаги.

— Как воевал дед, мы практически не знаем, — говорит Николай. — Есть две версии. Возможно, он погиб в боях под Москвой в 1942‑м, а может, попал там в плен.

Вместе с киевскими сотрудниками музея мы постарались восстановить военный путь рядового Минаенко. Вот что удалось узнать.

Николай Минаенко был призван в 1940 году Азовским РВК. На фронте — с первых дней войны. В июне 1941‑го — участник боев на территории Украины. По одним данным, в ходе боев за Москву 28 мая 1942 года попал в плен и умер в лагере N 6 Калафат в Румынии. Однако дальнейшие поиски в архивах не подтвердили эту версию. В лагере для военнопленных погиб однофамилец Минаенко, место рождения которого — Одесса. А уроженец села Головатовка Николай Минаенко продолжал воевать. Попал в самое пекло под Сталинградом, участвовал в операции «Кольцо». Выжил в этой бойне и в составе 299‑й стрелковой дивизии освобождал Украину.

Минаенко Николай Алексеевич был убит 19 декабря 1944 года под селом Яко, в 15 км западнее города Капошвар, в Венгрии. В последнем документе, который свидетельствует о его смерти, в графе «родственники» указана жена Мария Ивановна Величко. Он погиб в 26 лет.

Письмо солдата заканчивается так: «Маруся, пишите ответ поскорей. А пока — до свидания». Этому свиданию не суждено было сбыться. Своего единственного ребенка Николай никогда не увидел.

У Николая Николаевича — сына Марии Величко и Николая Минаенко — родилось трое сыновей: Александр, Сергей и Владимир. А у них — шестеро детей, у которых уже появились свои дети. И когда-нибудь они тоже прочтут письмо прадеда с войны.

Кстати. В архиве мемориального комплекса «Национальный музей истории Великой Отечественной войны 1941‑1945 годов» в Киеве хранятся еще сотни писем, которые пока еще так и не нашли своих адресатов. Те, чьи деды воевали с фашистами, взгляните на эти адреса, они есть на сайте музея http://warmuseum.kiev.ua/. Быть может, и вашу семью ждет письмо с войны.







  • Изношенные сети — это проблема не только Одессы. Она уже давно обрела масштаб национального бедствия…>>>
  • Когда в 2005 году мы шли на выборы в местные советы, мы первые подняли вопрос о Хаджибеевском, Куяльницком, Григорьевском, Тилигульском лиманах — вообще о системах лиманов вокруг Одессы и их критическом состоянии. На нас тогда смотрели с удивлением, дескать, «Зачем им это нужно?!». А мы понимали, зачем. Мы знаем, что представляет собой этот природный ресурс, какое это богатство, и как мы не умеем им нормально распорядиться…>>>
  • Безопасность горожанина касается не только чрезвычайных ситуаций…>>>
  • Ситуация с украинской нефтепереработкой напоминает известный стишок про десять негритят. Правда, на заре независимости полноценно работающих нефтеперерабатывающих заводов в Украине было не десять, а шесть, но сути дела это не меняет. Как и в случае с негритятами, НПЗ последовательно прекращают свою жизнедеятельность…>>>
  • Статистика для того и создана, чтобы ее искажать в угоду чьим-то интересам. И если бы это была только одна проблема у судебной власти, мы бы жили в правовом государстве, или… (как там его называет наша Конституция?)! Однако, на самом деле у нас такой ворох проблем в судейской системе, что с ними уже никакая реформа не справится, и ни один человек. Во всяком случае, этот «ворох» только разрастается и разрастется, но решать проблемы по существу никто на самом деле не берется…>>>