Час пик
Быстрый переход:




Забытый геноцид | Страница 1

Источник: Александр Каревин




К юбилею, исполнившемуся 7 мая, вряд не было привлечено внимание украинского общества. Хотя дата знаменательная. В этот день 95 лет назад австрийский император Карл I подписал указ об освобождении из концлагерей галицких, буковинских и закарпатских русинов. «Все арестованные русские не виновны, но были арестованы, чтобы не стать ими», — отмечалось в указе. Тем самым официально была прекращена кампания террора, развязанная властями во время Первой мировой войны против коренного населения Карпатской Руси (Галиции, Буковины, Закарпатья), входившей в состав Австро-Венгрии.

Около 60 тысяч убитых, около ста тысяч умерших в местах лишения свободы, массовая гибель людей при принудительных депортациях, сотни тысяч вынужденных бежать в Россию (далеко не все из них смогли потом вернуться домой) — таков итог геноцида, устроенного тогда.


 

«Наш Львов — русский, наш Галич — русский! Господи, слава Тебе!..»

 

До начала ХХ века большинство русинов Австро-Венгрии считали себя русскими, представителями единой нации, проживающей на пространстве от Карпат до Камчатки. «Трехмиллионный народ наш русский, под скипетром австрийским живущий, есть одною только частью одного и того же народа русского, мало-, бело — и великорусского», — говорилось, например, в программе «Русской Рады» — организации, представлявшей интересы австро-венгерских русинов.

Это очень не нравилось правителям Австро-Венгрии, опасавшимся, что такое положение рано или поздно приведет к утрате восточных провинций и воссоединению их с Россией. Чтобы воспрепятствовать столь нежелательному для себя развитию событий, Вена, начиная с конца XIX века, энергично поддерживала украинское движение, отрицавшее национальное единство русинов с великорусами. Поддерживала различными методами.

Приверженцам украинства отдавалось предпочтение при назначении учителей в школы, священников на приходы, чиновников в местные органы управления. Украинские организации получали финансовую помощь от государства. На выборах в парламент и галицкий сейм власти всеми способами (вплоть до откровенных фальсификаций) протаскивали кандидатов от украинских партий. Вместе с тем на идейных противников украинского движения обрушивались репрессии.

Однако все было тщетно. Что и выявилось с началом мировой войны, когда Австро-Венгрия и Российская империя оказались в противоборствующих лагерях. Как сообщал главнокомандующий австро-венгерской армии эрцгерцог Фридрих в докладной записке императору Францу Иосифу, среди русинского населения существует «уверенность, что оно по расе, языку и религии принадлежит к России». Украинство же оказалось мыльным пузырем, старательно надувавшимся властями, но лопнувшим при первой опасности.

Сразу же после объявления войны из Вены во Львов отправился со специальной миссией представитель австрийского министерства иностранных дел при верховном командовании барон Владимир Гизль. Он должен был на месте выяснить обстановку, сложившуюся на пограничных территориях. Увиденное повергло барона в шок. «Украинофильское движение среди населения не имеет почвы — есть только вожди без партий», — сообщал он 31 августа 1914 года. Через два дня Гизль вновь констатировал: «Украинизм не имеет среди народа опоры. Это исключительно теоретическая конструкция политиков». В следующем сообщении министру иностранных дел тот же чиновник отмечал, что подтвердилась информация о массовом переходе местного населения на сторону русских войск, «в результате чего наша армия брошена на произвол судьбы».

В свою очередь, било тревогу и австро-венгерское военное командование: «Наступающие на восточной границе в районе Белзец-Сокаль-Подволочиск-Гусятин русские войска произвели на русофильское население Восточной Галиции, которое имело уже давно приятельские отношения с Россией, огромное впечатление, — говорилось в приказе от 15 августа 1914 года. — Государственная измена и шпионаж, с одной стороны, и террор относительно нерусского населения там, где оно было в меньшинстве, — с другой стороны (Сокаль, Залозцы, Гусятин), увеличиваются самым опасным и прямо угрожающим образом».







  • Мы живем в самом прекрасном городе на земле — Одессе. Ее воспевают поэты и художники, им восхищаются гости города. Но есть еще Молдаванка и Ближние Мельницы, Ленпоселок и Бугаевка, другие микрорайоны, где не всегда из кранов идет вода, где улицы в дождь превращаются в бурные реки, где далеко не всегда есть то, что называют «благами цивилизации»…>>>
  • Изношенные сети — это проблема не только Одессы. Она уже давно обрела масштаб национального бедствия…>>>
  • Лифты — проблема любого крупного города. К сожалению, неприятных, а порой и трагичных, ситуаций с лифтами становится все больше, и, по мнению С. Гриневецкого, этот вопрос заслуживает отдельного детального обсуждения…>>>
  • Страсти кипят вокруг главной отечественной сиделицы. Восторженные фанаты исступленно требуют ей свободы. Того же домогаются зафрахтованные зарубежные борцы за демократию в Украине. Даже циклические изменения в самочувствии VIP-заключенной ставятся в вину «преступной власти»… На самом же деле циркачам и шоуменам нашей общественной жизни глубоко безразличны права человека, его свободы и сама свобода. Если, конечно, это не касается их самих и их подельников…>>>
  • Статистика для того и создана, чтобы ее искажать в угоду чьим-то интересам. И если бы это была только одна проблема у судебной власти, мы бы жили в правовом государстве, или… (как там его называет наша Конституция?)! Однако, на самом деле у нас такой ворох проблем в судейской системе, что с ними уже никакая реформа не справится, и ни один человек. Во всяком случае, этот «ворох» только разрастается и разрастется, но решать проблемы по существу никто на самом деле не берется…>>>