Час пик
Быстрый переход:




Моя родина — СССР | Страница 1

Источник: Ярас Валюкенас, Литва




На фоне усиления клеветы на СССР не могу быть безучастным и оставаться в стороне по нескольким причинам. Во-первых, это моя Родина, во-вторых, Советский Союз дал мне жизнь, воспитание, образование и много иных положительных, на мой взгляд, качеств, одними из которых является презрение к предателям и лжи.

За ложь, с самого раннего детства получал ремня от родителей, отношение к предателям наряду с семейным воспитанием сформировала улица, а потом уже и школа. Я не буду говорить за те годы, которых я не помню, родился в самом конце пятидесятых, начал запоминать что-то где-то с 1964, может чуть раньше или позже, принципиальной разницы нет. Но для ясности, немного расскажу о своих родителях, так как часто слышу один и тот же вопрос, касающийся более раннего времени.

Так вот, мой отец, 1929 года рождения, будучи студентом Каунасской гимназии, был осужден в 1946 году по статье 58 и приговорен к 10 годам лишения свободы. Срок отбывал в КАРЛАГЕ (Карагандинские лагеря) в Казахстане, в 1955 году был освобожден по амнистии, остался жить по месту пребывания срока. Мама, 1936 года рождения, в 1944 году с семьей была выслана с Кубани (Краснодарский край, станица Крымская) также в Казахстан, причина — проживание на оккупированной фашистами территории. Тут хотелось бы еще кое-что добавить. Все мамины родные мужского пола принимали участие в Великой Отечественной войне, награждены орденами и медалями, после войны самые близкие приехали в Казахстан и проживали с нами. Сама мама по сегодняшний день не может рассказать в подробностях детали того ужасного времени. Знаю только, что летом 1942 их подготовили к эвакуации, эвакуировали морем, кораблей и паромов было недостаточно, помнит, что не хватило места в переполненном стариками и детьми судне, все плакали, фашисты были уже рядом. Помнит, как на ее глазах несколько немецких самолетов атаковали только что отплывшее судно, были взрывы, корабль пошел ко дну на глазах у всех находившихся на берегу людей. Это последнее ее воспоминание, дальше она уже не может говорить, начинает плакать и уходит.

С отцом проще, он помнит все, да и был в те годы немного постарше мамы. Отец часто рассказывал, с какими людьми ему пришлось столкнуться на пересылках и в лагерях, особенно его впечатляло последнее время в лагере, когда они уже без конвоя выходили на работу за пределы зоны и питались в обычной рабочей столовой. Вспоминает, как незнакомые люди приносили им на работу теплую одежду, консервы и сигареты, а в столовой их пропускали без очереди, повара накладывали такие порции, что съесть их было просто невозможно, половину забирали в зону и делили с остальными политзаключенными. Режим и кумовья (оперативники) к тому времени на все смотрели сквозь пальцы, политических даже не обыскивали.

Вот так бывает в жизни, но вернемся к моим воспоминаниям советского периода.

В начале 60‑х мы получили первую двухкомнатную квартиру, по тем временам это было что-то сказочное, у меня появилась своя комната. Соседи были дружные, хотя, как я помню, весь двор был дружный, вечерами мужчины собирались за дворовыми столиками (лавочек и столиков было очень много) играли в домино, женщины заполняли все лавочки возле подъездов, выносили из домов стулья, лавочек обычно не хватало, и так сидели до позднего вечера. У нас было две детских площадки, одна с песочницами для малышей, другая с турниками и качелями, хотя обычно мы предпочитали другие дворовые игры, это боталки, прятки, войнушки и тому подобное.

Рядом с домом уже достраивалась огромная школа, и мы все мечтали быстрей пойти в первый класс.

Теперь что касается близких соседей. Дверь в дверь от нас жила семья немцев, хозяин семьи — бывший немецкий военнопленный, которого мы звали дядя Ваня, в то время всех называли русскими именами, одно из них, Слава, я ношу по сегодняшний день. Жена, родители и старые друзья меня зовут только Славой, к имени Ярас, мне даже в Литве было трудно привыкать. Так вот, этот дядя Ваня был уважаемым человеком во дворе, как я помню, он был строителем, в его кирзовые сапоги всегда были воткнуты какие-то строительные инструменты, он помогал всем стеклить стекла, делать ремонты, привозил во двор песок и цемент для общих нужд (благо в то время было все народное). Третьим соседом по площадке был фронтовик, имени не помню, человек был широкой души, мы дети дружили между собой и часто бывали в гостях друг у друга. В общем, скучать в детстве нам не приходилось.







  • Застройка Молдаванки должна базироваться на нескольких принципах. Во-первых, ключевым должен стать принцип социальной справедливости…>>>
  • Здравоохранению нужен прозрачный механизм финансирования. Прежде всего, нужно определить четкий перечень гарантированных государством медицинских услуг, например, неотложную медпомощь и помощь на первичном уровне. Может быть, стоит найти новые механизмы финансирования здравоохранения…>>>
  • Изношенные сети — это проблема не только Одессы. Она уже давно обрела масштаб национального бедствия…>>>
  • Представителям Фемиды из Приморского райсуда Одессы мы посвятили не одну публикацию. Причем, как догадывается читатель, эти публикации были отнюдь не из самых приятных. Но, увы, «маємо те, що маємо». Причем, как правило, это — тотальное нарушение закона, с которым мы сталкиваемся всякий раз, чем и вызвано обилие наших публикаций…>>>
  • Мы продолжаем заниматься проблемой жильцов ведомственных домов и общежитий, которую поднял народный депутат, первый заместитель председателя Комитета Верховной Рады по вопросам национальной безопасности и обороны Сергей Гриневецкий в своем депутатском запросе к Премьеру Николаю Азарову…>>>