Час пик
Быстрый переход:




Моя родина — СССР | Страница 2

Источник: Ярас Валюкенас, Литва






Я помню, как с утра во дворы заезжала машина, и развозила детское питание для новорожденных. Хорошо запомнил этот факт потому, что в 1969 году у меня появилась сестра, и мне лично каждое утро приходилось бегать за этим питанием во двор, как впрочем и выносить мусор — тогда не было мусорных контейнеров, раз в день приезжал мусоровоз.

Помню, как появился у нас первый телевизор, и соседи приходили смотреть какие то передачи. Помню, как появился первый магнитофон «Айдас» потом первый фотоаппарат. Одним словом недостатка я не чувствовал, родители работали, еще и подрабатывали, отец работал на заводе, после работы с дядей Ваней ездили стеклить на самстрой (так назывался частный сектор). Мама работала во Дворце Металлургов хореографом — балетмейстером, ее первым учителем была профессиональная балерина из Москвы впоследствии ставшая крестной мамой моей сестры. Тетя Рита, так мы звали балерину, была осуждена как жена советского офицера, расстрелянного по доносу еще до войны. Пройти ей пришлось много, но, несмотря ни на что, она была очень стройной, красивой и несломленной женщиной. До конца своей жизни она осталась самым близким другом нашей семьи, она сохранила верность своему мужу, донос на которого настрочил ее бывший поклонник — это я уже узнал позже.

Мне очень повезло. С самого раннего детства меня окружали сильные, волевые и честные люди, как правило, люди эти были из репрессированных или фронтовиков. Я никогда не слышал, что бы кто-то обвинял в чем-то государство, все были уверенны, что в их трагической судьбе виновен человеческий фактор. Это было видно и по отношению людей между собой, все помогали друг другу, чужую боль воспринимали как свою собственную.

Я очень хорошо помню, как пошел в первый класс, нас было очень много из двора, было море цветов, учителя выглядели как белоснежные ангелы, девчонки в школьной форме были просто красавицы, мне вообще нравилась школьная форма. Учились в две смены — ребят было много. Хорошо запомнились школьные обеды, не знаю почему, но в школе было всегда вкуснее, чем дома, а ведь дома также всегда было и первое и второе блюдо, вроде бы ешь — не хочу, но….

В 1970 году мы получаем уже трехкомнатную квартиру (как тогда называли «улучшенной планировки») — не было проходных комнат, туалет и ванна отдельно, дом уже был в другом районе, так что пришлось обзаводиться новыми друзьями, уже друзьями юности. В возрасте 11‑15 лет запоминаешь уже практически все, появляются взрослые интересы, да и цели более или менее определены.

На новом месте впечатляло обилие всевозможных спортивных секций, только у нас в микрорайоне их были десятки, тут и бокс, и борьба, и тяжелая атлетика — всего не перечислить. Сначала я посещал сразу две секции, плюс одну в школе, длилось это недолго, остановился на одной, все было бесплатно, вот и хватали все в подряд. Сейчас понимаю, почему советские команды были всегда на высоте — с детства все были уже спортсменами. Безусловно, все были записаны в библиотеки, читать я любил редкие по тем временам книги, «Три мушкетера» «Граф Монте Кристо» и тому подобное, были дворовые клубы, в которых показывали кино, а по вечерам были танцы.

Вот теперь о музыке. Тут на Западе постоянно трещат о том, что в Союзе все запрещалось, не было никакой свободы, но позвольте честно сказать, мы слушали то, что хотели и говорили о том, о чем хотели. К примеру, наш автовокзал — тут в одном помещении студия звукозаписи, а рядом милицейский пункт. В студию мы бегали записывать пластинки, люди старшего поколения, наверное, помнят, их записывали на круглые листочки типа рентгеновской пленки, на весь вокзал из студии доносилась музыка и эмигрантов и Высоцкого. Что касается танцев, то у нас кроме «Биттлз», других мелодий на непонятном языке в репертуаре просто не было, советская музыка хоть и прекрасна, но не подходила под современные скачки того времени, вот и приходилось пользоваться западными мелодиями в исполнении наших дворовых музыкантов.







  • «Заработная плата — мерило уважения, с которым общество относится к данной профессии». Возможно, этот афоризм американской активистки движения за социальные права в США Джонни Тиллмон и справедлив для стран с развитой рыночной экономикой, но в украинских реалиях он вряд ли найдет подтверждение на практике…>>>
  • Когда в 2005 году мы шли на выборы в местные советы, мы первые подняли вопрос о Хаджибеевском, Куяльницком, Григорьевском, Тилигульском лиманах — вообще о системах лиманов вокруг Одессы и их критическом состоянии. На нас тогда смотрели с удивлением, дескать, «Зачем им это нужно?!». А мы понимали, зачем. Мы знаем, что представляет собой этот природный ресурс, какое это богатство, и как мы не умеем им нормально распорядиться…>>>
  • Теперь молодым приходится рассчитывать только на себя, в лучшем случае — на помощь родителей. И в вопросе жилья также. Накануне экономического кризиса Украина переживала строительный бум. Но он не решил жилищной проблемы…>>>
  • Ситуация с украинской нефтепереработкой напоминает известный стишок про десять негритят. Правда, на заре независимости полноценно работающих нефтеперерабатывающих заводов в Украине было не десять, а шесть, но сути дела это не меняет. Как и в случае с негритятами, НПЗ последовательно прекращают свою жизнедеятельность…>>>
  • «Баксам» пророчат уход с первых ролей в мировой финансовой системе уже давно. А он живет, и, если и не процветает, то уж на поверхности держится точно. Но, за последние несколько месяцев в мире произошло несколько событий, которые, без сомнения, в той или иной степени, на его «плавучесть» действуют…>>>